Российский «газовый ключ» к Европе лежит в малых странах

15 августа 2019 г. 20:51:07

Газопроводы «Северный поток — 2» и «Турецкий поток» крайне важны для России. Но чтобы воплотить их в жизнь, необходимо согласие целой группы небольших государств. Уже есть большие проблемы с Данией и Словакией. И, чтобы история не повторялась, внимание к малым государствам, к их чаяниям должно быть постоянным. От них в Евросоюзе тоже немало зависит.

На сегодняшний день главный экономический проект России на европейском направлении — газопровод «Северный поток — 2». Каждый новый этап согласования проходит непросто, и каждый раз препятствия возникают в виде вроде бы не самых крупных и не самых влиятельных государств Европы. И у многих в России возникает вопрос: неужели Германия как «главный» в Евросоюзе не может надавить на этих «маленьких», чтобы они перестали держать проект в подвешенном состоянии?

Действительно, с противодействием со стороны Франции и Италии справиться удалось с помощью привлечения к проекту их компаний. Затем убедили Голландию в том, что российский газ покупать выгодно. Германия и близкая ей Австрия изначально выступали за строительство трубопровода. Казалось бы, всё ядро ЕС уговорили, теперь препятствий возникнуть не должно… Однако выяснилось, что придётся убеждать ещё несколько стран поменьше, поскольку без их согласия проекту осуществиться не удастся.

Кого убеждать? Понятно, что некоторые кандидаты отпали сами. Польша, Литва, Латвия и Эстония изначально занимали недоговороспособную позицию. Они твердили о политической сути проекта, не желали иметь дела с Россией и предпочли ждать сжиженный газ из США. Что ж, их к «Северному потоку — 2» изначально подключать никто не думал ввиду их возведённой в ранг религии русофобии. Их выпады особенно не рассматривали и в Евросоюзе, ибо они со своими фобиями многим изрядно надоели.

Но вот без согласия не самых больших Финляндии и Швеции проект бы точно не состоялся. Просто обойти их воды труба, идущая из России в Германию, не может никак. Финнов привлекли к проекту сразу же, а вот шведы какое-то время раздумывали. Наши отношения с ними оставляют желать лучшего, руководители двух стран до апреля 2019 года не виделись несколько лет. Но всё-таки шведские социал-демократы всегда стремились вести себя независимо от США. Пришлось допустить к проекту шведские компании, и из Стокгольма пришло согласие.

Убедить ещё одну северную страну не мешать проекту было ещё сложнее. Норвегия сама добывает газ и сама поставляет его в страны Евросоюза. В случае увеличения поставок топлива из России и США она могла потерять огромную часть своих экспортных доходов. Российско-норвежские отношения — тоже не образцовые, но норвежскую компанию Kvaerner пустили в проект даже несмотря на то, что через Норвегию труба не пойдёт точно. Так что теперь часть убытков северное королевство покроет.

Ещё одной недовольной страной была Чехия. Когда затевали проект, о ней как-то забыли. Между тем чехи оказывались проигравшей стороной, поскольку теряли часть транзитных денег. Труба, идущая через Украину, далее пересекает территории Словакии и Чехии и только потом входит в Германию и Австрию. И, когда чешское руководство стало выступать солидарно с поляками и прибалтами, на его недовольство обратили внимание в Москве. И сейчас уже оно склонно поддержать проект, и труба из Германии в Австрию может пройти через Чехию.

Однако недовольные ещё остались. Первый из них — Словакия. Она, как и Чехия, выступает в роли транзитной страны, и уменьшение поставок через Украину прямо ударит по ней. В мае этого года местный премьер Петер Пеллегрини съездил в США, где назвал «Северный поток — 2» угрозой для Евросоюза. И, хотя этот же политик открыто сомневается в необходимости антироссийских санкций, по газовому вопросу он говорит в унисон с поляками и прибалтами. И переубедить словаков вроде бы трудно — транзит из Германии в Австрию через них не запустишь.

Но наибольшие неприятности пока несёт отсутствие согласия Дании на прокладку трубы в её водах. Самим датчанам газ не нужен — у них свой есть. А ещё у них есть репутация самой проамериканской страны в «старой» Европе и весьма непростые отношения с Россией. Если датчане не согласятся, их воды можно обойти, но проект тогда существенно подорожает. Потому весьма важно убедить недавно пришедшую к власти премьера Метте Фредериксен не мешать. Вроде бы даже лёд тронулся, но пока согласия всё же нет…

Если на севере Европы проблемы касаются «Северного потока», то на юге Россия реализует проект «Турецкий поток». Здесь многое зависит от Болгарии, которая в 2014 году фактически похоронила другой проект — «Южный поток». Сейчас болгары вроде бы признали, что вели себя неправильно, и «Турецкий поток» стал им интересен. Но прежде чем к ним (а точнее, к премьеру Бойко Борисову) пришло «прозрение», прошло четыре года. Можно ли зависеть в столь серьёзных делах от болгарских капризов? Лучше не надо.

И здесь возрастало транзитное значение ещё более маленькой страны — Северной Македонии. В случае продолжения болгарских капризов труба из Греции в Сербию могла пройти через неё. На неё Россия обратила внимание, но поздно. Запад сделал это раньше, и в ходе мини-майдана 2016−2017 годов премьера Николу Груевского, готового говорить с Россией, отстранили от власти. В итоге опять пришлось договариваться с Болгарией, к счастью на сей раз это удалось.

Происходящее с российскими газовыми проектами в Европе показывает, что порой роль маленьких государств недооценивать нельзя. Многих проблем можно было избежать, если бы Россия вела целенаправленную работу с ними. США с ними разговаривают, Китай разговаривает — и оба они не считают это чем-то ниже своего достоинства. В итоге они приобретают там своих агентов влияния, и те (в американском случае особенно) начинают прямо вредить российским интересам.

Между тем в действующей концепции внешней политики России (принятой 30 ноября 2016 года) упоминаются только Германия, Франция, Италия и Испания. Понятно, что именно они оказывают на принятие решений в ЕС наибольшее влияние, но ими Евросоюз не ограничивается. Страны поменьше даже не собирались в отдельные группы (Северная Европа, Центральная, Юго-Восточная). Получалось, что отношения с ними являются для России чем-то второстепенным. И тем самым мы заранее ставим себя в проигрышное положение.

Может быть, расчёт на то, что Германия и Австрия будут всех уговаривать? У нас с ними нет союзнических отношений, и за уговоры они наверняка потребуют себе взамен какие-то дополнительные преимущества. Потому данную работу должны производить российские дипломаты и российские энергетики. Они сами должны показать тем же словакам и датчанам, что «Северный поток — 2» никак им не угрожает, а, напротив, принесёт пользу. Дело нелёгкое, но работать нужно.

Нравится нам или нет, но в Евросоюзе работает принцип двойного большинства. Решение считается принятым, если его одобрят 55% государств (сейчас это 16 из 28 государств, после выхода Великобритании будет 15 из 27), в которых проживает не менее 65% населения Евросоюза. Это значит, что уговорить Германию, Францию, Италию и Испанию недостаточно. Необходимо, чтобы ещё как минимум 11 государств одобрили строительство газопровода.

С уходом Великобритании это станет несколько проще, однако задача не выглядит решаемой автоматически. Польша и страны Прибалтики дают автоматически четыре голоса против. С большой вероятностью пятый голос даст Румыния, находящаяся сегодня в очень сильной зависимости от США и к тому же обеспечивающая себя нефтью и газом сама. Очень большие вопросы есть по Хорватии, относящейся к России весьма настороженно, или по Ирландии, слишком сильно связанной с теми же США.

По объективным географическим причинам российский проект мало интересен таким государствам, как Испания, Португалия и Мальта. В постоянстве позиции Болгарии имеются большие сомнения. Отношения с той же Данией, да и со Швецией образцовыми не назовёшь. Поэтому выполнение проекта находится в зоне риска, а благоприятный исход во многом зависит от умения российской стороны предлагать выгодные условия небольшим государствам.

Чтобы та же Болгария была сговорчивее, «Турецкий поток» можно направить через Грецию по морю в Италию. А к «Северному потоку — 2» присоединить Словению и Сербию, которые получали бы газ через Австрию и Венгрию соответственно. Сербия, к сожалению, и рада бы помочь, но она в ЕС не входит. А вот заинтересовать словенцев и предложить им два маршрута — значит обеспечить себе и лишний голос, и влияние на Балканах. Тут и та же Хорватия может подтянуться. Дескать, газ в Словению всё равно дойдёт — весь вопрос, как именно.

Ту же Словакию надо как-то нанизывать на российские «потоки». Её необходимо присоединять и объяснить, что теперь она меньше будет зависеть от капризов Украины. Сделать большой газовый узел там трудно — его роль уже взяла на себя Австрия. Но допустить к проекту словацкие компании, провести туда по нитке обоих потоков — дело вполне решаемое. Тем более что антироссийской предвзятости у словацкого руководства нет, а родственная ей Чехия уже вовлекается в проект.

Случай Дании выглядит посложнее. Но раз уж удалось уговорить Швецию и Норвегию, то и с датчанами дело иметь можно. Вероятно, придётся допустить к проекту датскую компанию, как бы это ни было неприятно. Нужно постараться установить отношения с недавно пришедшей к власти премьером Фредериксен и уговорить её не мешать проекту, а лучше, подключить к нему. Дело это непростое, но на кону стоят и большие деньги, и престиж страны.

История с российскими газовыми потоками доказывает, что как минимум в Европе неважных государств нет, и плотно выстраивать отношения необходимо с каждым.

Вадим Трухачёв, политолог, доцент РГГУ


Источник