Генрих Гиммлер и Генрих Мюллер — «крёстные отцы» бандеровской УПА

15 октября 2020 г. 14:03:56

Забытые страницы начальной истории «Украинской повстанческой армии»

14 октября украинские нацисты отмечают свой главный праздник – годовщину образования так называемой «Украинской повстанческой армии» (УПА) – вооружённого формирования, созданного и возглавляемого проводом Организации украинских националистов (ОУН) Степана Бандеры. С 2014 года киевским режимом «день УПА» полностью легализован и официально празднуется как «день защитника Украины».

Откуда возникла дата «14 октября»?

Любопытно, что дата 14 октября 1942 года как день создания УПА была установлена ещё в 1947 году так называемой Украинской главной освободительной радой (УГВР), которая после разгрома гитлеровской Германии осела в американской зоне оккупации в Мюнхене, сменив хозяев из СС и гестапо на ЦРУ. Обосновывалась она тем, что якобы «в месяце октябре 1942 г. на Полесье возникли первые вооружённые отделы, которые дали начало Украинской повстанческой армии». В частности, в Сарнах на Ровенщине создателем первой боевки УПА был оуновец Сергей Качинский («Остап»), который несколькими месяцами позже погиб якобы при нападении на охраняемую немцами фанерную фабрику в Оржеве.

Однако многие даже официальные украинские историки склонны считать дату 14 октября 1942 года пропагандистской, обусловленной политическими мотивами и не подтверждённой реальными документами.

«Появление же вышеупомянутого постановления УГВР в октябре 1947 г. было обусловлено, на наш взгляд, политическими мотивами, необходимостью ещё раз подчеркнуть, что бандеровская ОУН поднялась на вооружённую борьбу против немецких оккупантов ещё до того, как в ноябре 1942 года высадка западных союзников в Северной Африке и окружение 6-й немецкой армии под Сталинградом создали предпосылки для коренного перелома в ходе Второй мировой войны в пользу Объединённых Наций», — писал откровенно симпатизирующий националистам украинский историк А.В. Кентий.

Проще говоря, главарям ОУН-УПА нужно было любой ценой обелить себя перед западными союзниками. Отсюда и возник миф о том, что бандеровская «Украинская повстанческая армия» была создана в октябре 1942 года ещё до того, как поражение нацистскими Германии в войне стало предрешённым, и вела борьбу против немецких захватчиков.

Бей своих, чтобы чужие боялись

Фактически же первые отряды бандеровцев, объединённые в УПА, появляются весной 1943 года. И первым их противником стали не немцы (как об этом любят трубить на всех углах современные пропагандисты Бандеры и Шухевича) и даже не советские партизаны, а свои же кровные украинские националисты – из ОУН Андрей Мельника (так называемые мельниковцы) и «Полесской сечи» Тараса Бульбы-Боровца (так называемые бульбовцы). В этой межвидовой грызне погибли сотни, если не тысячи борцов за «незалежну Украину». Однако об этом современные апологеты бандеровцев почему-то стыдливо умалчивают.

Победу же над мельниковцами и бульбовцами бандеровцы одержали вовсе не потому, что пользовались какими-то особыми симпатиями со стороны украинского населения, а благодаря негласной поддержке со стороны немецких оккупантов. Последние таким образом пытались решить свои собственные задачи по контролю над отнюдь не лояльным к захватчикам населением. Если мы вспомним ход Великой Отечественной войны, то после разгрома немцев под Сталинградом войска Красной Армии развернули масштабное наступление, в результате которого уже весной 1943 года едва не вышли на подступы к Днепру. Кроме того, в тылу захватчиков активизировались советские партизаны, общее руководство которыми осуществлял находившийся в Москве Центральный штаб партизанского движения (ЦШПД) во главе с П.К. Пономаренко. Смелые партизанские рейды крупных соединений С.А. Ковпака, А.Н. Сабурова, А.Ф. Фёдорова на Правобережную Украину не на шутку встревожили гитлеровское командование. В начале декабря 1942 года в разгар Сталинградской битвы и в то время, когда по версии апологетов Бандеры в Сарнах уже действовал целый отряд УПА, к этому крупному железнодорожному узлу в Ровенской области вышло Сумское партизанское соединение Ковпака. Советские партизаны провели успешную операцию под названием «Сарнский крест», взорвав пять железнодорожных мостов на всех направлениях, на целых две недели парализовав работу Сарнского железнодорожного узла.

«Немцы не смогли разбить нас в отместку за «Сарнский крест», но они сделали выводы. Как и подобало гестаповцам, они стали бороться против грозно нараставшего партизанского движения методом провокации, разжиганием национальных конфликтов», — вспоминал начальник разведки партизанского соединения Ковпака Пётр Вершигора.

УПА против поляков и советских партизан

В своих воспоминаниях «Люди с чистой совестью» Вершигора довольно подробно описал процесс зарождения бандеровской УПА весной 1943 года и устроенный ею террор против польского населения Волыни и Полесья, свидетелями которого нередко становились советские партизаны. Приведём небольшой отрывок из мемуаров легендарного партизанского командира:

«До того, как мы подошли к Сарнам из-за Днепра, и после, когда мы устроили «Сарнский крест», в гестапо работал сын владимирецкого попа по имени Сашко. Был он молод, красив и жесток. Вначале работал переводчиком, а затем, выдвинувшись своим жестоким и придирчивым отношением к населению, расстрелами евреев, — сделался чем-то вроде следователя и палача.

Но… вскоре после «Сарнского креста» Сашко из гестапо уволили. Не выгнали, не арестовали, а уволили. Очевидно, этот факт был событием немаловажным, так как сарнское гестапо поспешило уведомить об этом население городка и окрестных сел. Был издан, отпечатан и расклеен на заборах специальный приказ об увольнении сотрудника Сашко, тогда как обычно не угодивших им холуев гестаповцы имели привычку выбрасывать просто пинком ноги. Что дальше показалось странным, это то, что, увольняя Сашко, гестаповцы «забыли» отнять у него оружие: кортик, парабеллум, автомат.

А когда через месяц Сашко появился во главе банды человек в пятьдесят — шестьдесят, из которых половина тоже была «уволена» из полиции, а другая половина набрана из уголовников, — банды, объявившей борьбу за «самостийну Украину», якобы против немцев, а на самом деле начавшей резню польского населения, дело начало проясняться. Как узнали мы позже, эта провокация была не единственной. В те же дни из Ровно, Луцка, Владимир-Волынска, Дубно и других центров Западной Украины по сигналу своего руководства ушли многие националисты, дотоле верой и правдой служившие немцам в гестапо, полиции, жандармерии. Ушли в леса, на весь мир разгласив свое желание бить немцев. Немцев они били на словах и в декларациях, в листовках, на одной из них оказалась даже виза немецкой типографии в Луцке. А на деле занимались резней мирных поляков.

Естественно, что мирное население обратилось к немецким властям, умоляя защитить их от этого произвола. И немецкие власти в разных городах, областях отвечали слово в слово одно и то же: «Войска у нас все заняты на фронте. Единственно, чем мы можем помочь вам, — это дать оружие. Защищайтесь сами. Но дадим оружие при условии, если поляки поступят в полицию и наденут форму шуцманов».

В это же самое время в декабре 1942 года будущий командующий УПА и по совместительству гауптштурмфюрер СС Роман Шухевич оставил службу в укомплектованном украинскими националистами 201-м шуцманшафт батальоне СС, прославившимся жестокими карательными акциями на территории Белоруссии, и «перешёл на нелегальное положение». На самом же деле немецкие хозяева из СС и гестапо поставили перед своими верными холуями из ОУН-Б новые задачи. Руководители этих признанных преступными на Нюрнбергском трибунале организаций — Генрих Гиммлер и Генрих Мюллер с полным правом могут считаться «крёстными отцами» УПА.

Бандеровцам было позволено декларировать борьбу против немцев под лозунгами создания «самостийной Украины». В реальности же они устраивали этнические чистки мирного польского и еврейского населения, тем самым помогая гитлеровцам осуществлять контроль над оккупированными территориями Западной Украины по давнему принципу «разделяй и властвуй». И, конечно же, в лучших традициях украинского жабогадюкинга не забывали резать уличённых в «зраде» своих бывших соратников из других националистических банд.

В серьёзные бои с советскими партизанами бандеровцы ввязывались нечасто, так как это было чревато весьма неприятными последствиями. Но не упускали момента подло напасть исподтишка на отдельные малочисленные отряды или оторвавшиеся от основных сил группы. Отдельные стычки между формированиями УПА и немецкими полицейскими, жандармскими и тыловыми армейскими частями как правило происходили не на политической, а на бандитской основе. Таким образом бандеровцы добывали необходимое им оружие, боеприпасы, снаряжение и продовольствие. Ни о каких же крупных военных операциях, проведённых украинскими националистами против гитлеровских захватчиков, масштабных диверсиях или актах саботажа речи даже не шло. Во всяком случае, в немецких архивных документах об этом нет никаких свидетельств.

Столкнувшиеся со зверствами бандеровцев в отношении поляков (которое в современное польское историографии называется «Волынская резня» и квалифицируется как геноцид) и ответными карательными акциями польских вооружённых группировок, связанных с подконтрольной лондонскому правительству «Армии Крайовой», советские партизаны делали всё возможное, чтобы остановить террор в отношении мирного населения.

«За весну и лето сорок третьего года мы встречались с явлением резни мирного населения фашистско-националистическими бандитами. Идет ночью колонна, разведчики впереди, и вдруг автоматные выстрелы вспыхивают на несколько секунд, а затем жители выбегают к нам и встречают, как своих избавителей. А иногда мы приходим поздно…

Один раз мы спасаем польскую деревушку от украинских националистов, другой — украинцев от польских полицаев… Не все ли равно?

Одно только типично для тех и других: ни разу ни те, ни другие не оказали нам вооруженного сопротивления.

Как шакалы по следам крупного зверя, так и эта мразь ходила по кровавым тропам немецкого фашизма и делала свое шакалье дело. И, подобно шакалам, бежала при первом чувствительном ударе палкой по хребту. А затем снова нападала из-за угла», — вспоминал Вершигора.

Собственно, это самое главное, что следует знать о тех, кто сегодня на Украине возведён в ранг национальных героев, о чьих могилах в Польше так печётся ещё недавно пиарившийся на могиле своего деда – ветерана Великой Отечественной войны президент Зеленский, и на чьих примерах киевская хунта воспитывает молодёжь. Любые попытки смыть кровавые следы и обелить военных преступников из УПА есть не что иное, как грубейшая фальсификация истории и реабилитация нацизма. И всем причастным к этому рано или поздно предстоит ответить по полной.+

Дмитрий Павленко


Источник