Развод по-британски: сколько платить и за что? Brexit в тупике

14 ноября 2017 г. 13:56:28

К исходу прошлой недели явственно обозначился кризис в переговорах по выходу Великобритании из Евросоюза. В воскресенье, 12 ноября, главный переговорщик по Brexit от ЕС Мишель Барнье в интервью французскому изданию Journal du Dimanche предупредил, что все должны быть готовы к тому, что переговоры по Brexit окажутся неудачными. Если переговоры между Британией и ЕС будут прерваны, то тогда Brexit будет осуществляться по неуправляемому сценарию — «варианту жесткого Brexit». Барнье не исключает выхода Великобритании из ЕС без соглашения и уплаты «отступного».

Риск завершения переговоров без окончательного соглашения растет. Барнье призывает «технически» готовиться к подобному итогу. По-видимому, руководство ЕС уже изучает последствия худшего сценария «жесткого Brexit». По сообщению испанского издания El Pais, в Брюсселе в тайне создали рабочую группу, которая рассматривает возможные варианты отношений с Великобританией в случае срыва переговоров.

По окончании последнего — шестого раунда переговоров, в пятницу 10 ноября Барнье публично потребовал, чтобы Великобритания уточнила свои позиции по Brexit, чтобы переговоры могли продолжаться и дальше. Поскольку Барнье дал британской стороне две недели, то внешне дело выглядит так, будто британцам предъявлен достаточно жесткий ультиматум. Прежде всего Барнье добивается от Британии конкретики по деньгам: сколько Лондон готов заплатить в рамках финансового урегулирования с ЕС после Brexit. Никаких новых раундов переговоров пока не согласовывается без конкретного британского ответа на этот болезненный вопрос.

В сентябре этого года британский премьер Тереза Мэйзаявила, что Великобритания выполнит свои финансовые обязательства перед ЕС. Лондон готов выплачивать взносы Великобритании в бюджет ЕС в 2019 и 2020 годах. Т. е. два года спустя после Brexit, которые можно было бы рассматривать, как переходный период. Однако прочее из требуемых Брюсселем финансовых обязательств — например, британские гарантии, предоставляемые Европейскому инвестиционному банку, средства европейскому Фонду развития, помощь Турции по соглашению о беженцах и помощь Украине по соглашению вокруг Ассоциации, средства на перемещение европейских учреждений из Лондона на континент, а также пенсии европейским гражданским служащим — обо всем этом Мэй даже не упомянула. Таким образом, заявления от британского премьера по финансам оказалось недостаточно, и теперь из Брюсселя от британцев требуют точных сумм по всему остальному. По некоторым утверждениям, максимальные финансовые требования европейцев к Великобритании при «разводе» простираются до £88 млрд (€ 100 млрд). По другим оценкам — это £65 млрд. Но и последняя сумма чрезвычайно велика.

Обозначенный Барнье двухнедельный срок составлен в расчете на то, что в начале декабря этого года по получению ответа по деньгам из Лондона можно будет начать следующий тур переговоров с тем, чтобы к запланированному на середину декабря саммиту ЕС был предъявлен результат, который мог бы удовлетворить участников саммита. Саммит должен констатировать успех в переговорах по Brexit, иначе все дело отодвигается на весну 2018 года. Это будет означать, что график Brexit с завершающей точкой — выходом Британии из ЕС весной 2019 года, не выдерживается. Продлить формальный график переговоров по Brexit достаточно трудно, поскольку продление переговоров с приостановкой процесса выполнения 50-й статьи базового евросоюзного договора потребует единогласного одобрения всех государств-членов ЕС. Это вносит известные трудности.

Барнье исходит из того, что договор о Brexit должен вступить в силу в марте 2019 года. По его замыслу, договор будет содержать положение о коротком переходном периоде и включать политическое заявление, которое будет определять будущие отношения ЕС с Великобританией. На основе этого заявления и будут строиться заранее согласованные торговые отношения Евросоюза и Британии.

В переговорах по Brexit изначально наметился ряд ключевых трудных переговорных точек. Перечислим их: это уже названные размер финансовых обязательств Британии перед ЕС, статус границы Ирландской республики с входящей в Соединенное королевство Северной Ирландией, а также права граждан государств-членов ЕС, постоянно проживающих в Великобритании, и их обеспечение. Декабрьский саммит ЕС должен констатировать прогресс в переговорах с Великобританией по этим трудным вопросам, чтобы далее перейти к переговорам о торговых отношениях ЕС с Великобританией после Brexit. Последнее — самый интересный вопрос для Великобритании, и главный переговорщик британцев по Brexit Дэвид Дэвиспо окончании шестого раунда переговоров еще раз подтвердил желание Великобритании быстрее перейти к следующему этапу переговоров — о торговых отношениях Британии и ЕС после Brexit.

Дело в переговорах по Brexit сейчас выглядит следующим образом. ЕС хочет узнать о конкретных финансовых обязательствах Британии прежде, чем продолжать переговоры. Британская позиция выглядит ровным счетом наоборот. Британцы хотели бы сначала узнать, какие торговые отношения Британия будет иметь с ЕС после Brexit, прежде чем принимать на себя конкретные финансовые обязательства по отношению к ЕС. Если торговое соглашение не окажется привлекательным, то тогда Лондону нет смысла платить десятки миллиардов отступного.

Сам Барнье полагает, что жизненно важно для Британии заранее увеличить свое финансовое предложение, если она хочет, чтобы переговоры перешли на стадию обсуждения будущих торговых отношений. Если в 14-дневное условие, поставленное Британии не будет выполнено, то торговые переговоры будут отложены, по крайней мере, на февраль или март следующего года. Но для этого все равно нужно достичь соглашения по «спорным вопросам» до февраля 2018 года. Следующий саммит ЕС, на котором европейцам можно будет решать вопросы по Brexit, состоится в марте 2018 года.

Выглядит так, будто обе стороны по полной пытаются использовать фактор времени для взаимного давления. Вполне вероятно, что соглашение, если оно все-таки состоится, будет достигнуто в самую последнюю минуту. Но если переговоры, как сейчас опасается Барнье, провалятся, то «без соглашения о будущей торговле, ЕС и Великобритания вернутся к правилам Всемирной торговой организации (ВТО) и торговым отношениям, как те, что у нас [ЕС] имеются с Китаем». Так разъяснил в интервью Journal du Dimanche Барнье. Он добавил, что способ продолжения свободной торговли для Великобритании может быть и таким, как ее осуществляет Норвегия. Т. е. Британия может участвовать в таможенном союзе, но не иметь соглашения с ЕС об Едином рынке. Этот сценарий, по словам Барнье, все еще «возможен» для ЕС. Он опроверг предположения о том, что якобы жесткие позиции Германии и Франции по Brexit затягивают переговоры и создает невыносимые условия для Великобритании.

На сегодняшний момент можно констатировать, что после шестого раунда переговоров в Брюсселе позиции Великобритании и ЕС по спорным вопросам чуть сблизились, хотя окончательного решения и не было найдено, что и подвело переговоры на грань разрыва. По «трудным вопросам» Барнье подтвердил, что власти Великобритании намерены предоставить у себя постоянное жительство гражданам ЕС после Brexit посредством их «регистрации». Такое решение устраивает ЕС, сказал Барнье. Это, по его словам, «полезное разъяснение и хорошая основа для дальнейшей работы». По утверждению главного переговорщика от ЕС, нерешенными здесь все равно остаются важные частные вопросы, как-то — право на воссоединение семьи, право на социальные пособия и роль Европейского суда в обеспечении прав этих граждан. С другой переговорной, британской, стороны Дэвид Дэвис подтвердил, что британские суды смогут принимать во внимание решения Европейского Суда по гражданам ЕС, проживающим в Великобритании. Но он исключил какую-либо дополнительную роль высшего суда ЕС. «Ключевым приоритетом остается сохранение суверенитета наших судов», — заявил Дэвис.

По Ирландии Дэвис согласен с европейцами тем, что жесткой границы между Ирландской республикой и Северной Ирландией не должно быть. В минувшую пятницу британское издание Financial Times сообщило, что позиция ЕС в отношении Северной Ирландии выглядит следующим образом: Северная Ирландия останется в составе европейского таможенного союза и Единого рынка. Однако подобный вариант решения вопроса отдаляет Северную Ирландию от Соединенного Королевства и сближает ее с Республикой Ирландией. Разница в конечных статусах частей Соединенного королевства будет означать, что Brexit станет неполным для Великобритании. Подобное решение будет играть на окончательный развал Соединенного королевства с разрывом отношений между Англией Северной Ирландией и, разумеется, Шотландией, возможно с Уэльсом. Граница между Северной Ирландией и Республикой Ирландия по-прежнему остается трудным вопросом.

Между тем, в момент фактического ультиматума ЕС британский премьер Тереза Мэй сталкивается с растущим давлением у себя дома. Напряжение в правительстве Мэй усилилось в преддверии жизненно важного голосования на этой неделе в британском парламенте о его месте и роли в процедуре Brexit. Перед важнейшим за последнее время парламентским решением правительство Мэй крайне неохотно занимается у себя дома подробными публичными обсуждениями законопроекта о Brexit, поскольку оно уязвимо для нападок, как со стороны жестких «брексетиров», так и противников Brexit из рядов оппозиции и правящей консервативной партии. Это на днях продемонстрировал случай со ставшим известным общественности «частным» письмом премьеру Мэй министра иностранных дел Бориса Джонсона и министра по окружающей среде Майкла Гоува. По существу, это намеренная утечка, демонстрирующая стране и Брюсселю разногласия внутри британского кабинета по Brexit. Подобная «открытость» очевидным образом затрудняет жизнь премьеру, которого столь явно коллеги по кабинету подводят к отставке. Двойка министров наставляет в самых жестких тонах премьера быть твердой в отношениях с другим коллегой по кабинету — министром финансов Филиппом Хэммондом, который имеет репутацию сторонника «мягкого Brexit». В письме требуется, чтобы любой возможный переходный период после Brexit заканчивался в июне 2021 года, т. е. ровно через пять лет после исторического референдума, и не днем позже.

Гоув и Джонсон перед референдумом возглавляли кампанию Brexit. Но потом Гоув отказал в поддержке Джонсону в кампании по борьбе за лидерство в консервативной партии, и тот не стал, как ожидалось, премьером. Теперь, похоже, Джонсон и Гоув вновь объединились. Но для чего и против кого?

Как бы там ни было, но ЕС явно обеспокоен тем, что столь очевидные разногласия среди консерваторов могут помешать британской стороне принять четкие финансовые обязательства по отношению к Евросоюзу.

Между тем, в общественном поле Великобритании по-прежнему наличествуют абсолютно противоположные оценки от «экономистов» по возможным результатам Brexit для Великобритании. На днях группа экономистов от Eurosceptic предупредила, что официальные прогнозы о негативных последствиях выхода Великобритании из Европейского союза на самом деле могут оказаться излишне оптимистичными, и дело с последствиями от Brexit обстоит гораздо хуже. И наоборот группа Economists for Free Trade заявляет, что проведенное ей экономическое моделирование показывает, что в случае Brexit с 2020 года рост только улучшится, зарплаты британцев вырастут, а безработица уменьшится. «Дивиденды от Brexit» могут быть использованы для повышения конкурентоспособности экономики посредством сокращения налогов. Подобные не сводимые воедино оценки лучше всего иллюстрирует о продолжающемся общественном расколе в Великобритании относительно Brexit. Раскол этот нужно преодолевать тогда, когда Евросоюз ужесточает требования к Великобритании по поводу конкретной цены Brexit.

Европейская редакция EADaily


Источник







comments powered by HyperComments