Поиск правды в развалинах Думы

17 апреля 2018 г. 21:30:35

Эксклюзив: Роберт Фиск посетил сирийскую клинику, находящуюся в центре глобального кризиса 

Это история о городе под названием Дума, опустошенном, вонючем месте с разрушенными многоквартирными домами - и о подземной клинике, изображения страданий в которой позволили трем самым могущественным державам западного мира провести бомбежки Сирии на прошлой неделе. В ней есть даже дружелюбный доктор в зеленом халате, который, когда я нашел его в этой самой клинике, радостно сказал мне, что "газовая" видеозапись, ужаснувшая мир - несмотря на всех скептиков - является совершенно подлинной. 

Однако у военных историй есть привычка становиться еще более неясными. Потому что этот же самый 58-летний сирийский врач добавляет нечто, что вызывает крайнюю неловкость: пациенты, говорит он, страдали не от газа, а от кислородного голодания в заполненных мусором туннелях и в подвалах, в которых они жили, в ночь, когда был ветер и тяжелая бомбардировка, которая вызвала пыльную бурю.    

 

Ребенок получает кислород через респиратор после предполагаемой атаки отравляющим газом в удерживаемом повстанцами городе Дума. 

AP

Когда д-р Асим Рахайбани объявляет это необычайное заключение, то стоит отметить, что он сам не является очевидцем, по его собственному признанию, а когда он говорит на хорошем английском, то дважды называет вооруженных джихадистов из "Джаиш эль-Ислам" ["Армия ислама"] в Думе "террористами" - это обозначение режима для его врагов и термин, используемый многими людьми в Сирии. Я правильно услышал? Какой же версии событий мы должны верить?

Также, к невезению, два врача, которые дежурили в тот вечер 7 апреля, находились в Дамаске, давая свидетельские показания расследованию о химическом оружии, которое попытается предоставить окончательный ответ на этот вопрос в следующие недели. 

Тем временем Франция заявила, что у нее имеется "доказательство" того, что применялось химическое оружие, а американские СМИ цитируют источники, говорящие, что это показали и анализы мочи и крови. ВОЗ сказала, что ее партнеры на месте событий оказали помощь 500 пациентам "имевшим признаки и симптомы, соответствующие воздействию токсических химических веществ". 

  

Изображение с видео, предоставленного "Координационным комитетом города Дума", показывает неизвестных добровольцев, поливающих мужчину водой во временном госпитале, после предполагаемой химической атаки 

AFP/Douma City Coordination Committee

В то же самое время инспекторы из Организации по запрещению химического оружия (ОЗХО) не могут в настоящее время сами прибыть сюда, на место предполагаемой газовой атаки, под предлогом того, что у них нет правильных разрешений ООН.

Прежде чем мы пойдем дальше, читатели должны знать, что это не единственная история в Думе. Есть много людей, с которыми я разговаривал посреди руин города, которые сказали, что они "никогда не верили" в газовые истории - которые обычно распространялись, утверждают они, вооруженными группами исламистов. Данные джихадисты выживали под залпами обстрелов, живя в домах других людей и в огромных, широких туннелях с подземными дорогами, проложенными через естественную породу заключенными с помощью киркомотыг, на трех уровнях под городом. Я прошел вчера по трем таким туннелям, обширным коридорам в естественной породе, в которых все еще были российские - да, российские - реактивные снаряды и сгоревшие машины.  

Так что история Думы, таким образом, это не только история о газе - или отсутствии газа, как это может оказаться. Она о тысячах людей, которые не эвакуировались из Думы на автобусах, уехавших на прошлой неделе, вместе с вооруженными людьми, с которыми им пришлось жить как пещерным жителям в течение многих месяцев, чтобы выжить. Я ходил вчера по этому городу достаточно свободно, без солдат, полицейских или соглядатаев, которые бы следовали за мной по пятам, только с двумя сирийскими друзьями, фотоаппаратом и ноутбуком. Мне иногда приходилось карабкаться через 20-футовые (6-метровые) стены, вверх и вниз почти по отвесным земляным стенам. Обрадованные увидеть иностранцев среди них, еще более обрадованные, что осада, наконец, закончилась, они по большей части улыбаются; те, чьи лица вы можете видеть, конечно, так как удивительное число женщины Думы одеты в полностью закрывающие их черные хиджабы. 

  

Улица в руинах в Думе, где произошла предполагаемая атака химическим оружием (АР)

Я сначала приехал в Думу в охраняемой автоколонне журналистов. Но как только скучающий генерал заявил у разрушенного здания муниципального совета "У меня нет информации" - этой самой отзывчивой мусорной свалки арабского бюрократического аппарата - то я просто ушел.  

Несколько других журналистов, в основном сирийских, сделали то же самое. Даже группа российских журналистов - все в военной одежде - слиняли.

До д-ра Рахайбани было недалеко. От двери его подземной клиники - "Пункт 200", как она называется в странной геологии этого частично подземного города - начинается коридор, идущий вниз по склону, где он показал мне свой ничем не примечательный госпиталь и несколько кроватей, где плакала маленькая девочка, у которой медсестры обрабатывали порез над глазом. 

"Я был с моей семьей в подвальном этаже моего дома в трехстах метрах отсюда в тот вечер, но все врачи знают, что произошло. Был большой обстрел [правительственными войсками], и над Думой всегда летали самолеты ночью - но в ту ночь был ветер и в подвалы и погреба, где жили люди, стали поступать огромные облака пыли. Люди начали прибывать сюда с гипоксией, недостатком кислорода. Затем кто-то у двери, из "Белых касок", закричал - "Газ!", и началась паника. Люди начали поливать друг друга водой. Да, это видео было снято здесь, оно настоящее, но то, что вы видите на нем - это люди, страдающие от гипоксии, а не от отравления газом". 

  

Ближневосточный корреспондент "Индепендент" Роберт Фиск в одном из туннелей, прорубленных под Думой заключенными сирийских повстанцев (Яра Исмаил)  

Что странно, после бесед с более чем 20 людьми я не смог найти ни одного, кто проявил бы хоть малейший интерес к роли Думы в провоцировании западных воздушных ударов. Двое вообще сказали мне, что они не знали об этой связи (между Думой и ударами). 

Но я попал в странный мир. Двое мужчин, Хусем и Назир Абу Аише, сказали, что они не знали о том, сколько людей было убито в Думе, хотя последний признался, что один его кузен был "казнен "Джаиш эль-Ислам" ["Армией Ислама"] за якобы "близость к режиму". Они пожали плечами, когда я спросил о 43 людях, которые, как говорят, погибли во время нашумевшей атаки в Думе. 

"Белые каски" - медики-спасатели, уже ставшие легендой на Западе, но с некоторыми интересными сторонами их собственной истории - играли знакомую роль во время боев. Они частично финансируются Министерством иностранных дел Великобритании, и большинство их местных офисов были укомплектованы людьми из Думы. Я нашел их разрушенные службные помещения недалеко от клиники д-ра Рахайбани. У контейнера для пищевых продуктов была оставлена противогазовая маска с одним пробитым зрительным стеклом, а внутри одной комнаты лежала куча грязной военной маскировочной одежды. Подброшено, спросил я себя? Сомневаюсь. Это место было переполнено ампулами, разбитой медицинской техникой и подшитыми бумагами, постельными принадлежностями и матрасами.   

Конечно, мы должны услышать и их рассказ, но здесь этого не произойдет: одна женщина сказала нам, что все члены "Белых касок" в Думе бросили их главный офис и решили поехать на предоставленных правительством и охраняемых русскими автобусах в провинцию повстанцев Идлиб вместе с вооруженными группами, когда было достигнуто соглашение об окончательном прекращении огня. 

В городе были открытые продуктовые ларьки и патруль российской военной полиции - это теперь дополнительная опция к каждому сирийскому прекращению огня - и никто не потрудился ворваться в страшную исламистскую тюрьму рядом с Площадью мучеников, где в подвалах якобы обезглавливали жертв. За городским персоналом гражданской полиции сирийского Министерства внутренних дел - которые пугающе одеты в военную одежду - наблюдают русские, за которыми, возможно, наблюдают или не наблюдают мирные жители. И снова мои серьезные вопросы о газе были встречены тем, что казалось настоящим недоумением.  

Как это возможно, что беженцы из Думы, которые добрались до лагерей в Турции, уже описывают газовую атаку, которую никто сегодня в Думе не мог вспомнить? Мне пришло в голову, когда я прошел больше мили по этим безотрадным, сооруженным заключенными туннелям, что жители Думы жили в такой изоляции друг от друга и так долго, что "новости" в нашем понимании этого слова просто не имеют для них никакого значения. Сирия не является демократией в духе Джефферсона - как я люблю цинично повторять моим арабским коллегам - и она действительно является безжалостной диктатурой, но это не смогло запугать этих людей, обрадованных увидеть иностранцев, чтобы отреагировать несколькими словами правды. Так о чем же они мне рассказали?  

Они рассказали об исламистах, под контролем которых они жили. Они рассказывали о том, как вооруженные группы завладевали домами мирного населения, чтобы избежать бомбежек сирийского правительства и русских. "Джаиш эль-Ислам" сожгли свои помещения перед тем, как они уехали, но крупные здания внутри зон безопасности, созданных ими, почти все были придавлены к земле воздушными ударами. Сирийский полковник, которого я встретил за одним из таких зданий, спросил, не хочу ли я посмотреть, насколько глубокими являются туннели. Я остановился через более чем милю, когда он таинственно заметил, что "этот туннель может дойти до Британии". Ах да, г-жа Мэй, вспомнил я, чьи воздушные удары были так непосредственно связаны с этим местом с туннелями и пылью - и с газом?    


Источник







comments powered by HyperComments