Катарский скандал в газовом контексте. Выгоден ли арабский демарш России?

gamma-gikkon

6 июня 2017 г. 19:32:18

Государства-лидеры арабского мира – Саудовская Аравия и Египет, – и ещё несколько стран разорвали отношения с Катаром, обвинив его в содействии террористам. То есть, в конце концов, «слона заметили». Просто чудеса! Но, конечно, террористическая сущность катарской политики здесь не при чём. Катар – это газ. Всё, что происходит с Катаром, имеет прямое отношение к газу и только к газу. Поэтому предлагаю отвлечься от антитеррористической дипломатической риторики и рассмотреть газовый контекст событий.

Нет сомнений, что арабский демарш был организован Соединёнными Штатами и в интересах Соединённых Штатов. Не удивительно, что он последовал практически сразу после ближневосточного визита Трампа. (Саудовская Аравия и ОАЭ, конечно, не могли по своей воле создать прецедент по публичному разоблачению соседнего по Заливу государства).

Разрыв отношений – очень понятный намёк на торговую блокаду, вторжение и отъём у Катара контроля над газовыми месторождениями. До этого, само собой, не дойдёт, поскольку Катар, в силу своей геополитической немощи, этот намёк быстро поймёт и уступит всем газовым требованиям Трампа-Тиллерсона.

Каковы эти требования и почему России столь выгоден арабский скандал по американскому сценарию?

Немного предыстории

Катар обладает колоссальными запасами природного газа и развитой инфраструктурой для его сжижения и транспортировки. Что не менее важно, Катар может очень быстро нарастить свои поставки в любую страну. Единственное препятствие – относительная дороговизна сжижения/первозки/регазации (относительно трубного газа). Голубая мечта катарских правителей – трубопровод в Европу и, следовательно, овладение европейским рынком. Но России удавалось блокировать эти устремления с помощью Асада, поскольку трубопровод должен был пройти по территории Сирии. Поэтому катарцы и наняли мирового полицейского с большой дубинкой, чтобы тот расчистил сирийский маршрут. (Споры вокруг газопровода были одним из значимых стимулов к развязыванию американской агрессии под лозунгом «Асад должен уйти»). Но оказалось, что катарцы наняли парня с дубинкой, чтобы он засунул эту дубинку себе же в задний проход. Клинтониты заставили работать американскую политику против американских же интересов.

Дело в том, что американские газодобытчики крайне нуждаются в том, чтобы сжиженный сланцевый газ пришёл в Европу. И Европа имеет достаточные мощности по регазации и терминалы по приёму газа. Но они все загружены минимально. Нет надобности. Цена на газ в Европе достаточно низкая. Пока цена низкая, американский газ не может зайти на европейский рынок, поскольку не окупятся затраты по его добычи из сланцев и морской перевозке. А катарский трубный газ должен был вжать цены в пол раз и навсегда. Политика Обамы и Клинтон была ножом в спине сланцевиков. И вот сейчас Тиллерсон – ставленник нефтегазового лобби – сделал ход в противоположном направлении. И в его действиях явно ощущается месть.

Так чего же хотят американцы от Катара?

От Катара Тиллерсон хочет только одного – чтобы Катар гнал свои газовозы в Азию и не заглядывался на Европу.

Прессинг по отношению к Катару – это лишь элемент политики стимулирования нефтегазовых цен. На Европейском рынке эта американская политика не будет иметь особого результата без урегулирования отношений с другим игроком, который может также быстро нарастить объёмы поставок и уронить цены. Это Россия.

Если мы посмотрим на ситуацию с позиции России, то обнаружим, что для нас катарский скандал и новая американская стратегия крайне выгодны.

Почему мы останемся в выигрыше?

Сценарий с вышибанием Катара с газового рынка я рассматривал в конце прошлого года в этом материале:

Вот цитата из этой статьи:

Каким может быть российско-американское СПГ-согласие? Это соглашение решит все текущие наиболее острые проблемы США и России на еврорынке газа. Причём, не путём взаимных уступок, а за счёт Катара. Было бы логично, если бы два волка решили перестать рвать друг другу шкуры и, вместо этого, пообедали бы бараном (или, скорее, козлом), который "под шумок" собирался отгрызть у них хвосты...Если Катар не устранить с еврорынка, то у США и России ничего не получится. Улаживание этой проблемы станет, конечно, обязанностью США. В конце концов, это их клиенты. Легко предположить алгоритм устранения Катара. Сначала последует небольшая артподготовка в глобальных СМИ в виде разоблачения террористической сущности "Братьев-мусульман". (Если кто не знает, то все богатые монархии Залива занимаются экспортом терроризма для обеспечения своей внешней политики. У Катара есть эксклюзивный, давно пестуемый, питомец – разветвлённая организация "Братья-мусульмане", которая, кстати, не столь давно, на некоторое время смогли захватить власть в Египте, но была свергнута военными.) Так вот, после чёткого определения в мировых СМИ, что террористы это террористы, Катару можно будет сделать предложение, сопровождаемое угрозой объявить маленькую арабскую монархию страной-спонсором терроризма. После этого Катар будет выставлять на европейском рынке такие непостижимо высокие цены, что весь катарский экспорт будет направляться только в Азию.Бинго! Цены идут вверх, российский и американский СПГ торгуется "на ура", Европа платит за всё... Что всё это будет значить для Европы? Они от этого не обеднеют. Ну, если только... чуть-чуть.
Два сигнала из будущего

Катарский скандал подал нам два важных сигнала.

Первое. США решительно и грубо взялись за повышение нефтегазовых цен. Это результат отчаяния. Собственное выживание (то есть выживание американской нефте- и газодобычи) стало для Белого дома более важным мотивом, чем ценовое удушения нефтяных экспортёров типа России и Венесуэлы.

Второе. Очевидно, что цветные технологии были применены против самой же американской администрации с некоторым успехом. Внешнеполитическая активность Трампа оказалась скована. Чтобы не подставляться, Трамп не склонен к возрождению отношений с Россией. Но катарский инцидент показал, что существует некоторое общее понимание проблем: США и Россия могут действовать если и не сообща, то синхронно. То есть имеет место некоторое – весьма ограниченное – согласие без формального соглашения.


Источник








comments powered by HyperComments