Закон Яровой: победит ли общество торговые сети?

Александр Халдей

10 октября 2018 г. 16:33:28

Кто остановит беспредел торговых сетей?

Торговля - это, как известно, лучшая стартовая площадка для первичного накопления капитала. Образовавшись в торговле, капитал в классическом виде приходит к насыщению и пределу прибыли и переходит в промышленность, где норма прибыли меньше и рисков больше. То есть сначала торговля должна насытить спрос, и потом капиталы потекут в производство в силу отсутствия других сфер приложения.

В жизни всё иначе, и торговля, как и любой другой вид коммерции, проходит свои этапы развития и формирует свои технологии. Именно в торговле, а не в других отраслях, наиболее высокий процент инноваций - около 80% их объёма приходится именно на торговлю. Электроника, информатика, машиностроение, биотехнологии и все прочие привычные нам отрасли намного сильнее отстают по инновациям от торговли. Более двух третей инноваций в торговле - это социальные технологии.

Именно торговля является двигателем прогресса в обществе. И самое главное - торговля формирует социальное самочувствие населения, которое по совместительству является не только потребителем и покупателем, но и электоратом. Не промышленность, а состояние торговли и картинка прилавков формирует в современных городах культуру, вкусы, уклад и стандарты жизни. И так же, вспомним Советский Союз, довольство жизнью или недовольство от неё.

Так случилось, что в СССР по идейным соображениям торговля считалась классово чуждой деятельностью, и все работники торговли были как бы под подозрением в социальной чуждости. Торговля была синонимом криминала и по сравнению с производством была отнесена к глубоко вторичным сферам жизни. Тогда как она глубоко первична, и недооценка этого момента обошлась социализму очень дорого. Он проиграл соревнование с капитализмом и ушёл с исторической арены в область преданий и мифов - у кого чёрных, у кого белых. Жесточайшая связь с понятием "хамство продавцов", "дефицит", "блат" - это то, с чем у позднесоветского человека ассоциируется слово "торговля при социализме".

В обеспечении населения торговыми площадями СССР отстал от Запада на весь ХХ век. Это был заложено в нормы градостроительства. Перекос как-то начали выравнивать в 70-х, когда перешли к универмагам, но дефицит торговых площадей сохранялся до начала нулевых уже этого века. После начала капитализма в России 20 лет ушло на насыщение торговыми площадями неудовлетворённого спроса. Тогда было золотое время для коммерческой недвижимости. Люди хватали всё и инвесторы торговых центров не особо думали о технологиях. Любой коммерческий ларёк уже позволял через полгода накопить немалые суммы для расширения бизнеса.

Естественная эволюция привела к тому, что после серии банкротств и неудачных решений торговые технологии в России стали приближаться к мировым и сейчас практически справлялись с ними. Есть отставание в качестве, но уже нет отставания в количестве. Торговые площади приближаются к современным нормам градостроения. Однако по законам концентрации капитала в рознице сложилась олигополия крупных торговых сетей. Учитывая коррупционную среду в целом, торговый бизнес приобрёл не только современные, но и уродливые черты.

Все, кто бывал в Европе, знают - там тоже не так уж много сетевых торговых концернов. В Германии в сфере дисконтного продовольственного ритейла существуют 4 крупные компании: Aldi, Plus, Lidl, Penny. Они контролируют 40% рынка дискаунтного продовольственного торгового оборота. Но это не мешает им торговать качественными и дешёвыми товарами. То, что лежит в основе их бизнеса - отточенная логистическая стратегия. Чем хуже времена, тем лучше идут дела у дискаунтеров. Традиционные супермаркеты проигрывают им безнадёжно. И если дискаунтеры ещё и расширяют ассортимент в области непродуктовых товаров, то их конкурентные преимущества лишь усиливаются.

В России ненасыщенный спрос позволяет крупным торговым сетям использовать самые примитивные технологии и самое недорогое торговое оборудование. Многие наши гипер-и супермаркеты напоминают смесь оптового склада и розницы. На примитивных стеллажах навалены товары безо всякого учёта правил выкладки (мёрчандайзинга, науки, существующей у нас отдельно от торговых сетей). Битва за место на полке у нас зачастую исчерпывает все тонкости этого искусства. Бездарные решения просто потрясают - куда акционеры выбрасывают свои деньги?

Средний ассортимент супермаркета 12 тысяч полиций. Время в магазине на одного покупателя 10 минут. Тот приходит за целевым товаром и его надо успеть соблазнить. Но при таком изобилии взгляд задерживается на одной позиции не более чем 1-1,5 секунды. За это время не успевает сложиться реакция.

Чтобы удержать взгляд клиента в нужном направлении на полсекунды, сети тратят миллионы на разные технологические ухищрения. Они делают особую планировку зала и ставят мониторы, где крутят ролики с примерами использования продукции. Монитор непременно расположен в створе со стеллажами нужного товара. Глядя на монитор, человек периферийным зрением успевает увидеть цветовой акцент в стороне и обращает на это взгляд. Он видит товар, в нём запускается осмысление увиденного и спонтанное желание в следующий раз прийти ещё раз и повнимательнее посмотреть.

И он придёт. И купит. Смысл торговли в конкурентной среде - не продать один раз, а сформировать постоянного лояльного клиента. Так работают сети в условиях не просто жёсткой конкуренции, но и серьёзного уровня общей культуры в обществе. Включая работу общественного мнения и антимонопольных органов.

В России мы видим, как в торговом зале лежат товары на стеллаже или вообще на палетах в режиме свободной выкладки, а монитор над ними рекламирует туристические компании, банковские услуги или ещё что-то, не имеющие никакого отношения в товару. Такое впечатление, что продажа рекламного места для сторонних клиентов для магазина важнее продажи своих товаров. Отсюда возникают и просрочки, и неликвиды, и огромные потери.

Менеджмент нашей торговли из всего искусства мёрчандайзинга знает лишь требование выложить товар с соответствии с планограммой - фотографией типовой выкладки. Мёрчендайзеры у нас - это не высоко квалифицированные специалисты, а студенты в рабочей спецовке. Полугрузчики - полуторговые агенты. Пробился к прилавку, отогнал работников магазина, выложил в соответствии с типовой фотографией, отодвинул конкурентов – и поехал дальше. Впереди ещё три десятка магазинов. Так как мёрчендайзер представляет оптовика, его не интересуют проблемы розницы. Он работает по шаблону без учёта специфики магазина и его среды.

Из-за высокой текучки учить мерчандайзеров серьезно никто не собирается. Максимум шаблона и спешки. Из любимых методов работы с торговлей самые распространенные - подкуп и шантаж.

Как все мы вышли из Гоголевской шинели, так вся наша розница вышла из советской хамской торговли. Даже если торговцы и не жили в СССР. Заевшиеся обнаглевшие торговые сети гонят вал оборота и хотят так жить вечно. Они чихать хотели на критику из работы. Им безразлично наличие просроченных товаров свыше всякой нормы. Им плевать на бешенные цены. В стране нет общественного мнения. Нет работающей антимонопольной службы. Никто не в силах перешибить их картельные сговоры. Наш мёрчандайзинг отличается от европейского, как Жигули от Мерседеса. Что не решается переговорами, решается откатами. Пипл, как говорится, схавает. Люди ворчат, но покупают.

В нашей рознице торговых гигантов больше, чем в Германии. Но конкуренции тут нет - олигополия душит не хуже монополии. Олигополия - это ограниченная конкуренция, состояние, когда появление на рынке или уход с него одного из игроков сказывается на ценах оставшихся. Это "рынок продавца", невзирая на видимость конкуренции.

Состояние торговли - это зеркало состояния общества. Мы имеем не только такую власть, которую заслуживаем, мы имеем ещё и такую торговлю, которую заслуживаем. Это не натяжка: связь между состоянием власти и состоянием торговли самая прямая. Как перекрёстные товарные группы, типа горчицы и пива. Внешне никакой прямой связи, а перекрестная связь есть. Пример? Пиво – мужской продукт. Но мужские компании под пиво берут всякие мясные закуски – и к ним уже идёт горчица. Вывод – продавая пиво, разместите в поле зрения полку с горчицей. И она пойдет! А как у нас делают?

У нас горчицу ставят рядом с кетчупами. В соответствии с советским товароведением, дескать, одна группа. Но кетчуп – женский товар! Его берут домохозяйки. Неудивительно, что горчица там зависает сверх всяких сроков. И потом – правильно! Нам впаривают просрочку акциями или ждут реализации. Или возвращают производителю, которому некуда податься со своей горчицей.

Одно лишь улучшение размещения пива на полке даёт увеличение оборота на 30%! Надо просто уметь профессионально делать своё дело. Можно 30 лет проработать в торговле - и не быть профессионалом продаж. Выбить кредит, дать взятку чиновнику за участок земли под магазин и набить его товаром со склада - это ещё не умение торговать! Что после этого наша торговля хочет нам сказать по поводу угрозы остаться без товара на выходные из-за закона Яровой? У торговли масса неиспользованных резервов, как говорили при СССР. Но она привыкла решать свои проблемы за счёт покупателей и поставщиков и очень не хочет тут ничего менять.

Торговля живёт не в вакууме и очень чувствительна к общественному мнению. Но у общества нет лоббистов, а у торговли есть. Потому на неё нет управы. Но если общество дозреет до солидарной демонстрации повышенных требований – никакая торговля не устоит. Эволюция общества, по сути, равна эволюции торговли. На отношении к своей торговле общество учится уважать себя и цивилизованно отстаивать свои интересы.


Источник