«Изнасилованный» бизнес: что стоит за обострением конфликтов в Севастополе?

8 июня 2018 г. 22:41:47

Очередной всплеск хронических городских конфликтов в Севастополе вызвал серьезное беспокойство в федеральном центре. «Ситуация нетерпимая», — заявила спикер Совета Федерации Валентина Матвиенко, побывавшая в Севастополе несколько дней назад. Поводов для этого визита накопилось немало. В мае началось рассмотрение судебного иска севастопольского губернатора Дмитрия Овсянникова к спикеру местного Заксобрания Екатерине Алтабаевой в связи с ее отказом вынести на голосование ряд поправок к бюджету города. А несколько дней назад очередной демарш совершили севастопольские бизнесмены — генеральный директор судоремонтного завода «Южный Севастополь» Патимат Алиеваи руководитель крупнейшего в городе винзавода «Инкерман» Сергей Лебедев, обвинившие власти в уничтожении своего бизнеса в ходе пресс-конференции в Москве. Почти одновременно несколько сотен предпринимателей и наемных работников севастопольских предприятий вышли на митинг, протестуя против действий городских властей в отношении организаций, использующих арендованное государственное имущество. Детальный анализ ситуации вокруг двух упомянутых предприятий показывает, что их сегодняшние проблемы во многом связаны со спецификой их перехода в российскую юрисдикцию и едва ли требуют громких политических заявлений.

Завод-призрак с дагестанским следом

Особенно показателен конфликт вокруг судоремонтного завода (СРЗ) «Южный Севастополь», который в прошлом году стал известен на всю страну благодаря появлению на этом предприятии Елизаветы Песковой — дочери пресс-секретаря президента России. Это событие произошло на фоне тяжбы между заводом и правительством Севастополя, которое настаивает, что предприятие задолжало местному бюджету порядка 30 млн рублей за использование переданного ему в аренду государственного имущества. Правительство города уже выиграло у предприятия несколько судов и объявило, что имущественный комплекс СРЗ перейдет в распоряжении Севастопольского морского порта с гарантией трудоустройство обслуживающих его работников. 23 апреля осуществить передачу имущества городу попытались пришедшие на завод приставы. Однако собственники «Южного Севастополя» расставаться с имуществом не пожелали, обвинив городские власти в вымогательстве и создании искусственных препятствий для осуществления ими предпринимательской деятельности, с чем якобы и были связаны экономические сложности, возникшие на заводе. Выступая на митинге в центре Севастополя 4 июня, руководитель «Южного Севастополя» Патимат Алиева заявила, что местные власти «изнасиловали» севастопольский бизнес, занимаясь переделом собственности и личным обогащением.

Для понимания всех сегодняшних перипетий вокруг СРЗ «Южный Севастополь» необходимо вернуться к событиям весны 2014 года. По имеющейся информации, на тот момент завод принадлежал банку «Столичный» из украинского города Сумы, основными акционерами которого выступали бизнесмены Евгений Антипенко и Сергей Ткаченко, а неофициально утверждалось, что банк контролировал бывший глава Нацбанка Украины Владимир Стельмах.

Через несколько дней после референдума о присоединении Крыма коллектив завода принял решение о смене гендиректора, получив информацию, что владельцы предприятия пытаются срочно его продать. Временным директором «Южного Севастополя» был выбран руководитель судоремонтного производства Константин Фалков, отмечавший затем, что на тот момент задолженность завода по зарплате и перед подрядными организациями составляла 15 млн гривен (порядка 51 млн рублей по тогдашнему курсу). В конце марта на заводе появились представители российской власти, тогда же было заявлено, что начались переговоры о привлечении заказов с Объединённой судостроительной корпорацией и Черноморским флотом.

Но вскоре вокруг завода начали возникать регулярные скандалы. Представителей коллектива СРЗ обвиняли в рейдерстве, на заводе отключали электроэнергию, на территорию предприятия врывались неизвестные в масках, при этом Константин Фалков был избит. Кто на тот момент являлся формальным собственником завода, неизвестно. Однако уже к середине апреля завод перерегистрировался в российскую юрисдикцию. Об этом можно судить из документально подтвержденной информации, что 20 апреля 2014 года ООО «Судоремонтный завод „Южный Севастополь“» и зарегистрированное по тому же адресу в Севастополе ООО «Адмата» (основной вид деятельности — предоставление гостиничных услуг) заключили договор поручительства с Объединенной зерновой компанией (ОЗК) — одним из крупнейших российских экспортеров зерна. В соответствии с этим договором «Южный Севастополь» и «Адмата» обязались отвечать перед ОЗК за исполнение всех обязательств по ее сделкам на общую сумму почти $ 18,3 млн с компаниями группы Newbay Investments по приобретению сельхозпродукции украинского происхождения, которые проводились в 2011—2013 годах. Сама эта группа была зарегистрирована в 2010 году в Эдинбурге и контролировала ряд аффилированных структур (Tauris SA, Baltron AG и Conres Shipping AG).

Какое отношение судоремонтный завод и микропредприятие из сферы туризма имеют к торговле зерном? Здесь надо уточнить, что к моменту присоединения Крыма к России слово «судоремонтный» в названии севастопольского завода было уже почти формальностью. Как рассказывал в дальнейшем для СМИ Константин Фалков, еще в 2010—2011 годах три цеха «Южного Севастополя» были разобраны, на их месте построили зерновой терминал, а от судоремонтных мощностей завода остался только один цех, который постоянно генерировал убытки.

«Завода „Южный“ к моменту присоединения Севастополя к России фактически не было, — говорит уроженец Севастополя, российский эксперт в области транспорта и логистики, коммерческий директор ХК „Логопром“ Алексей Безбородов. — Там невозможно было даже вытащить судно на сушу, обезводить его и начать осмотр, потому что предприятие было полностью разрушено уже примерно к 2011 году. Это уже невосполнимые потери, там нечего восстанавливать: проще было полностью снести то, что осталось, и построить что-то другое».

Любопытные связи прослеживаются и у ООО «Адмата», второго поручителя по соглашению с ОЗК. По данным ЕГРЮЛ, собственником этой организации ранее выступало крымское ООО «Август Групп», принадлежащее Грибанову Роману Александровичу. Человек с таким именем в ноябре 2012 года был избран в совет директоров ОЗК в качестве начальника департамента экономической безопасности и контрольно-ревизионной работы компании. Для понимания дальнейшего хода событий также стоит напомнить, что акционерами ОЗК являются Российская Федерация (50% плюс одна акция) и группа «Сумма» дагестанского миллиардера Зиявудина Магомедова, который сейчас находится под арестом по обвинениюв серии экономических преступлений.

Дальнейшее движение судоремонтного завода в российской юрисдикции весьма показательно. В начале июня 2014 года у ООО СРЗ «Южный Севастополь» появляется фирма-двойник ООО СРЗ «Южный», зарегистрированная по тому же адресу (Севастополь, улица Правды, 24) и имеющая минимальный уставный капитал — 10 тысяч рублей. Ее первоначальным владельцем и гендиректором, как следует из российских баз данных, становится Игорь Чистяков, ныне возглавляющий ГУП «Крымские морские порты». Именно ООО СРЗ «Южный» в дальнейшем участвует в ряде конкурсов по госконтрактам, а ООО СРЗ «Южный Севастополь» активно судится с правительством Севастополя.

Первая информация о российских владельцах ООО СРЗ «Южный Севастополь» относится к декабрю 2014 года, в качестве таковых значатся граждане Людмила Петракова и Юрий Гаврилов. Но в апреле 2015 года оба юрлица переходят под контроль выходца из Дагестана Амина Абдуллаева, о предыдущей деятельности которого ничего не известно. Появление в этой истории «дагестанского следа» происходит вскоре после того, как ОЗК в феврале 2015 года обратилась в Арбитражный суд Москвы с иском к ООО СРЗ «Южный Севастополь» и ООО «Адмата» о взыскании суммы $ 18,263 млн в связи с невыполнением обязательств по упомянутому выше договору поручительства. Свои требования ОЗК мотивировала тем, что компании Newbay Investments, которая обязалась поставить украинскую пшеницу и кукурузу, была перечислена предоплата, но поставка в установленный срок не состоялась. Наличие задолженности подтверждалось актом сверки взаимных расчетов, подписанным со стороны компании Newbay Investments L.P.

Однако, как в дальнейшем выяснил суд, в актах сверки также были отражены уже погашенные суммы, то есть акты не отражали действительную картину финансовых взаимоотношений между сторонами контракта. «Из выписки по счету за 20 февраля 2013 года видно, что было осуществлено зачисление валютной выручки на текущий счет ОАО „ОЗК“, входящий и исходящий остаток (кредитовый) остается неизменным… Выписка по счету от 20.02.2013 не содержит подписей и печатей банка, а также отсутствует информация о списании денежных средств со счета ОАО „ОЗК“. Истцом представлено только заявление на перевод денежных средств со счета ОАО „ОЗК“ на счет компании Newbay Investments L. P», — говорится в материалах суда. Аналогичные манипуляции совершались и по контрактам с «дочками» Newbay Investments.

Иными словами, на «Южный Севастополь» и «Адмату» были повешены несуществующие обязательства. Суд в этой истории досконально разобрался и в марте прошлого года отказал в иске ОЗК, а заодно и признал недействительным договор поручительства от 20 апреля 2014 года. К этому времени ООО СРЗ «Южный Севастополь» вновь сменило владельца — на сей раз им стало ООО «Яната», зарегистрированное по уже знакомому адресу: Севастополь, улица Правды, 24. А единственным собственником этого юрлица был еще один выходец из Дагестана — Рахмутдин Дадаев, бывший топ-менеджер ряда лопнувших банков. Еще в середине прошлого десятилетия он возглавлял правление банка «Столичный капитал», у которого в 2005 году была отозвана лицензия за крупные обнальные операции, затем работал в Интеркапитал-Банке (лицензия отозвана в 2015 году, участвовал в нашумевшей «молдавской схеме»). Последним местом работы Дадаева в финансовой сфере была должность врио председателя правления коммерческого банка «Алжан» из Махачкалы, чья лицензия была отозвана в начале марта. В дальнейшем размер «дыры» в капитале банка, из которого незадолго до краха активно выводились средства, был оценен почти в 290 млн рублей. Известно, что в этом банке обслуживались счета одной из компаний, фигурирующих в деле о хищении бюджетных средств, возбужденном против бывшего премьер-министра Дагестана Абдусамада Гамидова.

Сменился и собственник фирмы-двойника ООО СРЗ «Южный» — с мая 2017 года им (и по совместительству гендиректором) является Евгений Грицанов, неоднократно дававший интервью в качестве руководителя судоремонтного завода. Какое отношение он имеет к судоремонту, не вполне понятно — в предыдущем послужном списке Грицанова, согласно данным ЕГРЮЛ, работа в этой сфере не упоминается. Аналогичным образом обстоит дело с нынешним гендиректором ООО СРЗ «Южный Севастополь» Патимат Алиевой (она же возглавляет ООО «Яната»). Следует также упомянуть, что, помимо судоремонтных заводов-двойников и ООО «Яната», по улице Правды, 24 зарегистрировано еще несколько юрлиц. Среди них, например, имеется ООО «Холдинг Южный» (оптовая торговля зерном и прочей сельхозпродукцией) с уставным капиталом 233 млн рублей. Руководителем этой компании является гражданин Асадулла Ахмедов, а стопроцентным собственником — швейцарская «Порткапитал СА». Аналогичную деятельность ведет ООО «Санни Грейн», в которой единственным учредителем является тот же самый Асадулла Ахмедов, одновременно владеющий 50% в дагестанском ООО «Каспийская транспортная компания».

Смысл всех этих сделок совершенно непонятен и заставляет подозревать, что вокруг «Южного Севастополя» происходят движения, далекие от тех громких заявлений в адрес властей, которые уже несколько лет делает его руководство. Кроме того, нет актуальных сведений о финансовых показателях завода. Последние имеющиеся в открытых источниках данные относятся к 2015 году, когда выручка ООО СРЗ «Южный Севастополь» составила 70,2 млн рублей, чистая прибыль — 11,1 млн рублей. У ООО СРЗ «Южный» за этот же период выручка была равна 158,2 млн рублей, чистый убыток — 1,4 млн рублей. По масштабам это микробизнес, и не вполне понятно, в чем смысл вынесения его проблем на уровень всей страны.

«В Севастополе специфику ситуации вокруг завода понимают и пытаются донести ее до федерального уровня, — считает Алексей Безбородов. — Дмитрий Овсянников просто пытается осуществить свои полномочия как главы субъекта федерации, это нормальная позиция внятного губернатора. Но до недавнего времени была еще позиция вице-премьера по оборонке Рогозина, который любил широкие жесты. Теперь, с его уходом в Роскосмос, тема, скорее всего, будет закрыта. Хотя это не отменяет необходимости возобновлять в России, на том же Севастопольском морском заводе, производства плавкранов — правда, этим никто не хочет заниматься по-серьезному, все предпочитают махать шашками. Хотя в такой огромной речной стране, как Россия, плавкраны найдут гарантированный сбыт».

Шведско-днепропетровское российское вино

Ситуация вокруг винзавода «Инкерман» несколько иная. Предприятие арендует у города землю, здания и оборудование, однако срок аренды совхоза «Качинский+», являющегося основной сырьевой базой завода, истек вскоре после присоединения Крыма к России. Теперь, как утверждают представители предприятия, власти не желают продлевать его на удобных для завода условиях. Кроме того, с 1 января должны были вступить в силу изменения в законодательство РФ, запрещающие виноделам работать, не имея собственного оборудования. В последний момент производители вин получили от законодателя отсрочку до 2020 года. Однако спора вокруг аренды это не сняло — правительство подало на «Инкерман» в суд. На митинге 4 июня гендиректор винзавода обвинил городские власти в том, что те блокируют подписание договоров аренды и выкуп части имущества, а также насылают на завод налоговые проверки, из-за чего предприятие оказалось под угрозой закрытия.

При этом известно, что конечный собственник предприятия по-прежнему не находится в российской юрисдикции. Согласно последним данным ЕГРЮЛ, стопроцентным владельцем уставного капитала (380,4 млн рублей) ООО «Инкерманский завод марочных вин» (ИЗМВ) является компания «Инкерман Интернейшнл АБ», зарегистрированная в Швеции. Этой же компании принадлежит зарегистрированная в Москве трейдинговая структура ООО «Винный дом „Инкерман“». Еще в 2011 году завод в соответствии с соглашением Министерством аграрной политики Украины был взят в аренду шведской компанией до 2040 года, хотя фактическим ключевым бенефициаром ИЗМВ считался днепропетровский бизнесмен Валерий Шамотий, сохраняющий хорошие связи с еврейской общиной Севастополя (занимал 99 место в украинском списке Forbes 2013 года с состоянием $ 75 млн). Еще одним бенефициаром называлась Наталья Яресько, экс-министр финансов Украины в правительстве Арсения Яценюка, а до этого — крупный финансист.

В марте 2015 года советник тогдашнего губернатора Севастополя Сергея Меняйло Александр Свечниковутверждал, что власти будут добиваться через суды возврата ИЗМВ в собственность города, но дальнейшего хода это заявление не получило из-за позиции местного Заксобрания во главе с Алексеем Чалым. Напротив, в апреле 2015 года на первом Ялтинском международном экономическом форуме тогдашний гендиректор ООО «Инкерманский завод марочных вин» Алексей Липко сообщил, что шведская компания Inkerman International планирует за пять лет высадить в Крыму тысячу гектаров виноградников. За первые три года в российской юрисдикции выручка завода по сравнению с украинскими временами выросла более чем вдвое. Если в 2013 году она была эквивалентна 1,354 млрд рублей, то в 2016 году она увеличилась до 2,826 млрд рублей, а заодно ИЗМВ после убыточных 2014−2015 годов вышел на крупную чистую прибыль в 785,8 млн рублей. В 2016 году завод произвел 22 млн бутылок вина (плюс 6 млн к предыдущему году), приблизившись к рекорду 2012 года (32 млн бутылок), а на 2017 год планировался рост еще на 25−30%.

В то же время у правительства Севастополя периодически возникают с заводом земельные споры. В июне 2015 года Арбитражный суд Севастополя удовлетворил иск администрации города к ИЗМВ о взыскании неосновательного обогащения за фактическое пользование земельным участком в размере 1,9 млн гривен. Однако затем предприятие добилось отмены этого решения в апелляции, между сторонами было заключено мировое соглашение. В январе этого года Арбитражный суд Севастополя удовлетворил еще один иск городского департамента по имущественным и земельным отношениям города — о расторжении договора аренды земельного участка площадью 0,75 га, заключенного еще в 2009 году. В обосновании иска было сказано, что арендатор не только не завершил строительство объекта по предмету аренды, но и не начал саму процедуру освоения земельного участка, допустив существенное нарушение условий договора.

В конце прошлого года появилась информация, что Инкерманский завод марочных вин находится на грани остановки, поскольку не может переоформить договор аренды на 3,5 тысячи га земли совхоза «Качинский+», причиной этого были названы «бюрократические барьеры». Кроме того, части имущества завода (винные емкости) принадлежат государству, и это могло создать критические проблемы для предприятия, поскольку с 1 января 2018 года виноделам было предписано иметь все оборудование в собственности, а не в аренде. Тогда же поползли слухи, что на ИЗМВ положил глаз министр (теперь уже бывший) сельского хозяйства РФ Александр Ткачев, поскольку холдинг его семьи «Агрокомплекс» незадолго до этого купил в Крыму одну из торговых сетей.

Однако затем переходный период на приведение хозяйства в соответствие с российскими требованиями для крымских виноделов был продлен, они получили право до 1 января 2020 года осуществлять производственную деятельность на полностью или частично арендованном технологическом оборудовании. В настоящее время в Арбитражном суде Севастополя рассматривается иск правительства города к ИЗМВ о расторжении договора аренды и возврате арендованного имущества.

«На Украине действовала норма, согласно которой можно было брать в аренду цельный имущественный комплекс (ЦИК), — комментирует ситуацию вокруг „Инкермана“ севастопольский винодел Павел Швец. — И вот частная компания, согласно еще украинскому законодательству взяла в аренду такой комплекс. В России же такой нормы не существует. Получается, что, исходя из требований существующего сегодня в Крыму законодательства, у предпринимателя в аренде может быть здание, а оборудование должно быть свое. А у „Инкермана“ вышло так, что все было в аренде — и получилась правовая коллизия».

Но, по мнению Павла Швеца, «Инкерману» в любом случае необходимо договариваться с властью по вопросу перезаключения договоров аренды: «Раньше арендная плата со стороны „Инкермана“ была относительно невысокой, основным доходом от предприятия являлись налоги, значительная часть которых оставалась в городе. У новых властей возникло желание получать больше денег по договору аренды, а также намерение подороже продать оборудование. Так что, по сути дела, мы имеем хозяйственный спор, на который наложилась совершенно независимая от него ситуация с закрытием торгового центра „Муссон“, вызвавшая массовое недовольство у предпринимателей».

Бизнес или политика?

Городские власти в своей правоте по событиям вокруг «Инкермана» и «Южного Севастополя» не сомневаются, хотя в заявлениях для СМИ севастопольские чиновники подчеркивают, что, несмотря на наличие судебных решений в пользу правительства, они все равно готовы к компромиссу. Бизнесмены же позицию администрации компромиссной не считают.

«Не согласен с тем, что ситуацию, связанную с последними протестами бизнеса, пытаются перевести исключительно в хозяйственную плоскость, — говорит севастопольский общественный деятель Ленур Усманов, в прошлом году принимавший активное участия в протестах севастопольцев против изъятия властями земельных участков. — Конечно, любую проблему можно обозначить с точки зрения правовой плоскости не как общественную беду, а как вопрос законности приобретения прав или вопрос эксплуатации собственности. Но мы забываем, что при желании, как говорится, „достебаться“ можно и до столба. Однако севастопольцы, имеющие споры с властью, не желают объединяться, и пытаются решать свои проблемы в индивидуальном порядке, что в корне неверно. Мы видим очень сильное разделение общества — люди склонны не замечать проблем других. Бизнес в свое время не захотел поддерживать граждан, у которых в Севастополе конфисковали землю, и даже сегодня одни предприниматели не желают поддерживать других. Предприниматели — не общественники и не политологи. Они умеют покупать и продавать, но не могут самоорганизоваться для решения общественно значимых вопросов, им не хватает понимания происходящих вокруг процессов. Мало кто думает о том, что если любой бизнес остановится, а его работников завтра уволят, то они останутся без денег и не придут завтра к другим предпринимателям — строителям, таксистам, в кафе или магазины. Поэтому ни от какой проблемы нельзя отмахиваться, каждая требует внимания со стороны всего общества».

Впрочем, с такой оценкой согласны далеко не все. Севастопольский политолог, кандидат политических наук, доцент СевГУ Аммар Канах никакой политической составляющей в происходящем не видит: «Я не особо вникал в детали экономической составляющей вопроса, но в целом ситуация по двум предприятиям является частным случаем продолжения „переходного периода“, адаптации украинских правовых реалий к новым российским. Подобные конфликты интересов возникали и в других местах. Происходящее является не политикой, а бизнес-трениями, в которым замешаны финансово-промышленные кланы. То же самое происходит с закрытием торговых центров. При Украине их строили в одних условиях, а теперь возникли другие. Но, по моему мнению, нет никакого потенциала для перевода этих споров в политическую плоскость. В Севастополе начинается туристический сезон, город ждет гостей, городу не до того».

Олег Поляков


Источник