Скелет в шкафу или реакция Израиля на резолюцию ООН

Александр Запольскис

28 декабря 2016 г. 20:29:03

Некоторый анализ произошедшего в Совбезе ООН вокруг "израильской" резолюции и небольшой исторический экскурс в суть возникшей проблемы.

А вообще для Израиля сейчас настали тяжелые времена. Вернуться "к Резолюции ГА ООН 1947 года" невозможно чисто технически. Такой шаг для страны является гарантированным самоубийством. Но и "сдать документ в архив", по факту окончательно лишив палестинцев права создать собственное государство, тоже сегодня вряд ли кто решится. Способность (или неспособность) палестинцев свое государство создать, в данном случае вторична. Процесс принял самостоятельный харктер и приобрел большую инерцию.

Фактически вопрос становится ребром: или закон един для всех или больше прав имеет тот у кого дубина больше и удар сильнее. В первом случае международное сообщество (уж какое есть, со всеми его недостатками и оговорками) соблюдать нормы ООН обязано поголовно. Включая всяких там звездно-полосатых гегемонов. Но тогда их обязан соблюдать и Израиль. Не смотря на явно для него самоубийственную перспективу. Если же пред законом все равны, но в некоторых случаях его можно обходить, то это означает конец ООН и всей системе международной безопасности, так как основой нового международного права станет лишь способность забрать желаемое и потом его удержать силой.

И то и другое имеет свои достоинства и недостатки. О них мы поговорим отдельно. Пока же надо констатировать, что мир пришел к развилке, выбор дальнейшего пути на которой станет определяющим для очень многих стран и народов.

А все из-за геополитической ошибки, допущенной полторы сотни лет назад.

*****

Скелет в шкафу или реакция Израиля на резолюцию ООН

Есть такой закон перехода количества в качество. Обычно его трактуют как закономерность перехода усилий в результат. И в большинстве случаев оно верно, но есть у этой медали и оборотная сторона, когда внезапно происходит нечто эпохальное, еще вчера буквально невозможное, а неделю назад так вообще невероятное. Однако при ближайшем рассмотрении оказывается, что предупреждающие звоночки раздавались уже давно. Более того, внезапно выпавший из шкафа скелет хранился там чуть ли не с самого начала. Только раньше совместными усилиями системы его удавалось прятать от глаз публики. Теперь система сломалась, и все вывалилось на общее обозрение. Именно это произошло в пятницу 22 декабря 2016 года, когда высший международный орган — Совет Безопасности ООН — принял резолюцию о прекращении создания израильских поселений «на оккупированных территориях», а премьер-министр Израиля публично заявил, что его страна это решение исполнять не собирается.

Хитрые герои всегда идут в обход

История возникновения современного государства Израиль, как ничто иное, близка к этому известному афоризму. Можно очень по-разному относиться к взглядам заинтересованных сторон на исторические права, но нельзя не признать, что возрождение Израиля с самого начала основывалось на попытке всех обойти в хитрости.

Если не вдаваться в детали, нынешний арабо-израильский гордиев узел начался с Первого всемирного сионистского конгресса, состоявшегося в Базеле в августе 1897 года. Тому способствовали три причины.

Первая — историческая. После изгнания иудеев из Палестины римлянами в 135-м году нашей эры эта земля, что называется, пошла по рукам. В 636 году ее захватили мусульмане. В XII веке Иерусалимское королевство там создали крестоносцы. Потом «пришел Салах-ад-Дин», и три века Палестиной правили Мамлюки. Позднее, в 1517-м, они проиграли войну султану Селиму Первому. Его Османская империя просуществовала до начала ХХ века. Несмотря на господствующий в ней ислам, евреи там имели особый статус «зимми», дававший довольно широкие гражданские и даже религиозные свободы. Впрочем, такой либерализм османы могли себе позволить. На фоне 300 тыс. общего населения Палестины каких-то 3 тыс. иудеев попросту терялись.

Второй причиной служили погромы, сопровождавшие евреев всю историю их последующих странствий по чужим странам. Они плохо ассимилировались, везде создавая свои, довольно замкнутые, анклавы, что быстро приводило к возникновению конфликтов с местными.

Почему так получалось, тема отдельная. Главное, что, подвергаясь гонениям, они верили в приход мессии, который однажды приведет их назад в Землю Обетованную, где евреи наконец смогут зажить в собственном государстве.

Ну и третьей причиной стал бурный XIX век, сформировавший у многих убеждение в способности человека не ждать милостей от природы, а создавать удобный для себя мир самому. В том числе — свои государства. Особенно в период Наполеоновских войн и после их окончания.

Время шло, масштабы еврейских погромов в Европе расширялись, обрести собственный безопасных дом хотелось все сильнее, а мессия все не приходил. И вот тогда родился План: если процесс иммиграции целенаправленно стимулировать, то можно достаточно быстро довести численность евреев в Палестине до, если не прямо доминирующей, то, безусловно, значительной доли населения, имеющей все основания претендовать на самоуправление. То есть почти на свое государство. Начавшийся в 1881 году Первый большой исход (известный как Первая алия) почти без проблем позволил переселить в Палестину в пять раз больше евреев, чем их там проживало изначально.

Как в шкафу заводятся скелеты

Первыми тенденцию заметили британцы и, как водится, попытались использовать ее в своих целях. Открытый для судоходства в ноябре 1869 года Суэцкий канал стал ключевым звеном обеспечения целостности всей Британской империи, что требовало усиления ее присутствия на Ближнем Востоке. Способствование еврейской иммиграции в Палестину создавало перспективу возникновения официального британского протектората в двух шагах от стратегически важной транспортной артерии.

В общем, Лондон стал намекать сионистам, что Британия считает идею оправданной и готова ее поддерживать на политическом уровне. Конечно, неофициально, так как для открытых заявлений «время еще не пришло». Оно наступило под конец Первой мировой войны, когда поражение противников Антанты стало очевидным. В Британии провозгласили Декларацию Бальфура, в которой создание еврейского национального государства в Палестине называлось обоснованным.

Евреи в искренность британцев поверили и переселение расширили. Но когда к 1923 году их доля в Палестине перевалила за четверть общего населения и они там стали формировать самоуправляемые кибуцы, британцы передумали. Стало очевидным, что из нового государства евреев британской марионетки не получится. С этого момента Великобритания начала играть против. В том числе путем усиления трений евреев с местными арабами. Тем более что резкий рост численности носителей иной культуры и религии поводов для конфликтов создавал немеряно.

Например, приехавшие из Европы женщины не носили паранджи, а местами — о, ужас! — даже позволяли себе ходить в бриджах, с голыми щиколотками. Но больше всего проблем вызывало принципиальное расхождение во взглядах на понятие собственности на землю. У арабов того времени такого понятия не существовало вообще. Да, земля твоя, но это не значит, что я теперь по ней не могу ходить, пасти коз и брать воду из колодца чтобы поить моих верблюдов. На взгляд воспитанных в европейских традициях евреев такое выглядело сродни наглому воровству. Бытовые конфликты часто выливались в столкновение, те оборачивались драками, после которых появлялись поводы «отомстить».

Лондон попытался остановить переселение, введя квоты и даже насильно депортируя нелегалов, но получилось только хуже. Особенно после нескольких инцидентов с запретом на причаливание кораблей с мигрантами, бежавших из гитлеровской Германии. Некоторые из них британцы даже вынудили вернуться в исходные порты, где нацисты тут же отправили пассажиров в концентрационные лагеря. Не лучшим решением оказалась и попытка британцев создать марионеточный эмират Трансиордания. Позднее, уже после арабо-израильской войны 1947–48 годов, его остатки переименуют в Королевство Иордания.

Положение усугубилось после мая 1945-го, когда мир увидел, каким именно образом Гитлер занимался «окончательным решением еврейского вопроса», а британцы от своего мандата на Палестину отказались, так как уже не могли там обеспечить даже видимость соблюдения закона и порядка. После Холокоста евреи считали себя вправе требовать от мирового сообщества «своего государства», а арабское население Палестины, тоже считавшее ее своим домом, воспринимало происходящее как нашествие захватчиков, которому следует сопротивляться, в том числе вооруженным путем.

Окончательно узел затянулся с вмешательством в проблему США и СССР, также посчитавших возможным «помочь евреям в Палестине», чтобы потом, опираясь на них, получить свой контроль над Суэцем. Так что, план раздела Палестины, предусматривающий создание с 1 августа 1948 года (знаменитая резолюция ГА ООН № 181) был принят международным сообществом буквально в первый же год учреждения ООН.

Так как само государство Израиль в этой игре являлось вторичным, то про жизнеспособность конструкции никто из авторов не думал. Евреям важнее всего было обрести хоть какое-нибудь, а Вашингтон с Москвой в основном сосредоточились на борьбе друг с другом и попутном раздербанивании одряхлевшей Британской империи. Ради этого СССР даже разрешил переселение в Палестину «советских евреев», которые, кстати, потом и выиграли Первую Арабо-израильскую войну. Но в целом верх в геополитическом состязании взяли США, практически на полвека прочно привязав Израиль к себе.

Про бумагу и овраги

А потом стали всплывать косяки и кривости внешне красивых идей. Палестина оказалась мало похожа на бублик, который легко разделить пополам. Фактически там израильские поселения тесно перемешивались с арабскими, делая разграничение достаточно условным. Впрочем, любой, кто посмотрит на карту «резолюции 1947 года», может увидеть, что политики и дипломаты сделали арабо-израильский конфликт неизбежным и перманентным.

По изначальному плану ООН каждое из двух государств должно было состоять из трех обособленных анклавов, соединявшихся экстерриториальными коридорами.

Логическим обоснованием такого странного решения авторы называли стремление максимально сократить численность евреев в Палестине, и палестинцев в Израиле. На землях Арабского государства на 807 тыс. арабов оставалось менее 10 тыс. евреев. Однако идеала добиться не удалось. На 498 тыс. евреев в границах, отведенных под Израиль, проживало 497 тыс. арабов, включая 90 тыс. бедуинов. Стоит ли удивляться, что Первая арабо-израильская война возникла сразу же, в 1947-м?

Даже на чисто военном уровне такую конфигурацию границ не представлялось возможным оборонять, а с учетом перемешанности арабских и израильских поселений ни о каком обеспечении внутренней безопасности не могло быть речи тоже. Причем как для евреев, так и для арабов. Первая, в Израиле ее называют Войной за независимость, вспыхнула уже в ноябре 1947 года и продлилась до мая 1948-го. Потом длительная противопартизанская война 1949–1955 года. Спустя год, в 1956-м — Суэцкий кризис. 1967-й — Шестидневная война. 1967–1970 годы — Война на истощение. 1973-й — Война Судного дня. 1982-й — Ливанская война. 1987–1993 годы — Первая Интифада. 2006-й — Вторая Ливанская война. Декабрь 2008-го — операция «Литой свинец». Начавшаяся в сентябре 2000 года Вторая Интифада идет по сей день.

О сути произошедшего в Совбезе ООН

Все случившееся после было закономерным. В том числе оккупация Израилем «палестинских территорий». К арабо-израильскому вопросу можно относиться очень по-разному, но стратегические вопросы столь же всеобщи, как таблица умножения в математике. Находясь в перманентном окружении сил, провозгласивших своей главной целью полное уничтожение страны, Израиль вынужден предпринимать, мягко скажем, непопулярные решения. В том числе сохранять оккупацию Голанских высот, Сектора Газа и Западного берега реки Иордан. И строить свои поселения на Западном берегу он тоже вынужден — так как иначе обеспечить там внутреннюю безопасность даже в первом приближении невозможно.

В таком «кривом» виде ситуация в Палестине сохранялась «всегда». Международное сообщество негативность происходивших там процессов видело еще после Войны за независимость, когда, опасаясь мести после поражения, арабы массово бежали с израильской территории, а израильтяне просто не препятствовали им. Видело, но ничего не делало. Точнее, каждая из сторон пыталась использовать ошибки проекта к своей выгоде. Сначала Израилю «помогал» СССР, а Великобритания и Франция «играли за арабов». Когда контроль над Тель-Авивом перехватил Вашингтон, учить, снабжать и вооружать армии арабских государств уже стал Советский Союз. Время от времени каждая из сторон инициировала в Совете безопасности принятие какой-нибудь резолюции, должной кого-то из участников конфликта принудить «к соблюдению». Но каждый раз оппоненты немедленно прибегали к праву вето и решение не проходило.

Находясь под постоянной угрозой остаться с арабским миром буквально один на один, Израиль старался сохранять союзнические отношения с США. Помимо геополитики и зонтика в СБ ООН, это приносило стране еще прямую американскую военную помощь. Например, с 1998 по 2007 годы ее размер достигал в среднем 2,4 млрд долл. в год, а после 2008-го она выросла до 2,9–3,1 млрд ежегодно. К примеру, в 2012 году это составило 18,6% совокупного военного бюджета Израиля. Плюс к тому США держат открытым собственный рынок для израильской продукции военного назначения, особенно оптики и электроники.

22 декабря 2016 года вся эта система рухнула. Весьма вероятно, поставив под вопрос и дальнейшее существование ООН как верховной международной организации. Проигравшие выборы в США глобалисты, сделали «хитрый ход», фактически ставящий под большой вопрос продолжение существования Ялтинской конструкции мира. Вернуться «к границам резолюции 1947 года» для Израиля означает самоубийство. Свернуть строительство поселений на Западном берегу является таким же самоубийством, но более растянутым по времени. Так что отказ от исполнения этой резолюции был предопределен ровно в момент ее принятия Совбезом.

Нерадостные перспективы

Однако тем самым возникла другая проблема: что делать дальше?

Если решения Совета Безопасности не выполнять «можно» Израилю, то почему нельзя другим? Если не выполнять «можно» всем, то теряет смысл существование самой ООН. А это плохо, так как автоматически ведет к обострению вооруженного противостояния. Вы даже не представляете себе, как много в мире сохраняется разных застарелых конфликтов, решить которые кажется возможным с помощью автомата.

Например, расширение хаоса, особенно на Ближнем Востоке, в Европе и дальше, через Кавказ и Среднюю Азию в направлении России и Китая, выгодно, прежде всего, США. Даже для сохранения лица ООН будет вынуждено нарушителя дисциплины как-то наказать. Принудить силой у Организации просто нет войск, никто из ее членов свои батальоны для войны с Израилем не даст — значит, в ход пойдут политические козыри. На экономику ООН не влияет, но «испортить карму» любой стране, которая возьмется помогать «изгою», Организация может вполне.

Тем самым израильтянам связываются руки по возможностям противостояния палестинскому сопротивлению, в то время как палестинцам выражается одобрение и поддержка в их борьбе «за правое дело». Так что в ближайшее время следует ожидать обострения Интифады.

Впрочем, это тоже означает «вилку». Если Израиль на мнение ООН станет оглядываться и не позволит своей армии отвечать на палестинские выпады «неадекватной силой», то конец Израилю, если станет — то конец ООН. Кстати, это еще повышает опасность радикализации палестинского сопротивления и появления там «черных бармалеев».

Но в любом случае, произошедшее показывает, как количество разных тактических политических ошибок однажды приводит к качественному переходу в стратегический кризис, чреватый расширением зоны войны. Как минимум, на Ближнем Востоке.


Источник





comments powered by HyperComments