Хватательно-запретительный рефлекс. Белорусскому министерству информации явно не стоит уподобляться пресловутому «министерству правды»

Юрий Селиванов

20 декабря 2016 г. 9:52:02

Министр информации Белоруссии Лилия Ананич прокомментировала возбуждение белорусским СК дел в отношении авторов российских СМИ:

«Анализ информационного пространства выявил, что в последнее время участились факты появления в ряде СМИ и интернет-ресурсов материалов тенденциозного, а порой и откровенно деструктивного характера в отношении Белоруссии, государственной власти нашей страны, белорусского народа ... В таких публикациях ставится под сомнение суверенитет Белоруссии, содержатся оскорбительные высказывания в адрес белорусского народа, его истории, языка, культуры. … При этом постоянно муссируются тезисы о якобы «уходе Белоруссии на Запад», «антироссийской политике белорусской власти» и так далее. Вопиющим фактом стало размещение 25 октября 2016 года на Regnum авторской статьи под псевдонимом Алла Бронь (теперь известно, что под ним скрывался житель Бреста Дмитрий Алимкин) «Беларусь уходит из Русского мира исподтишка, с учетом украинского опыта. Белорусский язык: не мытьем, так катаньем».

Не приходится сомневаться, что министр информации РБ подобрала для своего «обвинительного вердикта» самые «убийственные факты». С учетом этого, приходится констатировать, что белорусские чиновники занялись откровенной вкусовщиной по принципу – плохо всё, что лично мне не нравится.

Такая трактовка «рамок дозволенного», которая позволяет притянуть к уголовной ответственности любого журналиста за практически любое мнение, не повторяющее слово в слово официальную позицию, фактически уничтожает пространство свободы слова и информации. Так, например, под упомянутую министром статью 130 УК РБ (разжигание расовой, национальной, религиозной либо иной социальной вражды или розни) можно подвести практически всё, что угодно – от сомнений в курсе президента Лукашенко до критики белорусских драников.

Вот, например, автор этих строк в своей недавней статье усомнился в оправданности замены официального опознавательного знака белорусских ВВС – Красной звезды на изображение государственного флага этой республики. С точки зрения озвученных госпожой Ананич «критериев истины», это наверняка «покушение на устои белорусской государственности» и «деструктивные» действия. Между тем, высказывая это мнение, ваш покорный слуга имел в виду, всего-навсего, очевидную нелепость отсутствия на фюзеляже боевого самолета официального опознавательного знака ВВС этой страны.

Что весьма затруднит его идентификацию в случае каких-либо инцидентов воздухе и повысит угрозу его уничтожения по ошибке. Говорят, что Красные звезды остались на крыльях. Получается, что, например, российским пилотам придется просить своих белорусских коллег «показать пузо», чтобы зафиксировать факт их госпринадлежности? Но это же явный бред! Опознавательный знак потому так и называется, что его должно быть видно отовсюду. И это совсем не шутки, а вопрос безопасности летчика и самолета. Боюсь однако, что за такие непричесанные, «антибелорусские» мысли я бы там уже «чалился» на нарах.

Между тем, такие вещи абсолютно непозволительны в государстве, претендующем на статус демократического и правового. Мне тоже много чего не нравится в деятельности значительной части номинально российского медиа –сообщества. Мне глубоко чужды откровенно антироссийские, прозападные настроения многих моих коллег по журналистскому цеху. И мне не кажутся нравственно ущербными или юридически неправильными действия российского правительства, направленные на выявления иностранных источников финансирования этих с позволения сказать «российских СМИ». Потому что находиться на содержании геополитических врагов России, то есть фактически вести подрывную деятельность в стране на средства иностранной державы – это прямая угроза государственной безопасности и полновесная статья УК.

Но, при этом, мне и в голову никогда не приходило требовать ареста журналистов, или возбуждения против них уголовных дел просто по факту высказывания каких-либо мыслей, подсудность которых прямо и достаточно однозначно не прописана в Уголовном кодексе. Есть некоторая разница между платной работой на иностранные спецслужбы и свободным выражением собственного мнения и своей гражданской позиции.

В России эту разницу понимают и проводят четкую грань между подсудной диверсионной деятельностью и абсолютно неподсудным плюрализмом мнений, без которого ни о какой свободе и демократии не может быть и речи. А демократия это такая штука, которая подобна воздуху. Когда он есть, его либо не замечают вовсе, либо ругаются по поводу степени его загрязнения. И только когда он исчезает, приходит понимание того, что жить без него в принципе невозможно.

Похоже, что некоторые белорусские чиновники до осознания этого фундаментального факта бытия еще не доросли.


Источник







comments powered by HyperComments