Командный бункер Балтфлота перенес войну и 90-е. Кто стоит за него теперь?

15 мая 2019 г. 14:34:13

Петербургские энтузиасты восстанавливают исторический объект своими силами и средствами

Тихая, зелёная улица Санкт-Петербурга, сразу за Ботаническим садом, неподалеку от Невы. Можно сотни раз пройти мимо и не обратить внимания на неприметное, но удивительное своей героической историей строение. В глубине сквера напротив института ЛЭТИ, за церковью, скрыт вход в бункер штаба командующего Балтийским флотом во время Великой Отечественной воины адмирала Владимира Филипповича Трибуца. Накануне 77 годовщины с начала строительства бункера (15 мая 1942 года) корреспонденты ИА REGNUM встретились с Максимом Мосенжником, инженером-механиком, руководителем инициативной группы восстановления флагманского командного пункта Краснознаменного Балтийского флота или, как его еще называют, «бункера Трибуца».

Бункер создан в тяжелейшее для Ленинграда блокадное время, после первой, самой страшной зимы 41−42 годов. Задача осложнялась тем, что в городе не было стройматериалов, бетона и арматуры — крайне мало, и для этого строительства использовали весь найденный в запасах Балтийского флота бетон. Прочие стройматериалы изыскивали в запасах флота и на судостроительных заводах, а на Ржевском полигоне нашли множество бронеплит, уже «отстрелянных» на артиллерийских стрельбах перед войной (они были не нужны для дальнейших испытаний, но направить на переплавку их не успели, и они пригодились при строительстве бункера).

Общая масса вложенного в бункер металла — 1230 тонн, расчет при строительстве делался на сохранность при попадании самой тяжелой авиабомбы. Общее руководство строительством осуществлял Тихон Трофимович Коновалов, военный инженер 1-го ранга, генерал-майор, лауреат Государственной премии СССР; непосредственные работы вели главный инженер строительства, инженер-майор Илья Борисович Плавник, инженер-майор Иван Андреевич Квасов и начальник транспортного отдела Борис Краскин. Объект был закончен за полтора года.

В конструкции бункера чередуются слои бетона, земли, песка и хлопка, который нужен для смягчения предполагаемого удара при взрыве снаряда или бомбы. Знали ли осаждавшие, где находится этот объект, и пытались ли его разрушить? Как оказалось, нет, и вот почему.

Осенью 1941 года после Таллинского перехода (28−29 августа 1941 года) штаб флота перешел в Кронштадт, но Итальянский дворец, который он занял, был слишком хорошо известен противнику. И в октябре 1941 года штаб флота перебрался в Ленинград, где разместился в Адмиралтействе, училище им. Фрунзе и Военно-морской академии. Но и эти места были противнику известны. Тем не менее, хотя зиму 1941−1942 провели именно там, уже весной стала ясна необходимость переселяться в неизвестное врагу место: в апреле люфтваффе начала операцию по уничтожению кораблей Балтийского флота, стоявших на Неве вмерзшими в лед. Так как сработала ПВО, разбомбить корабли не удалось, но гитлеровцы сбрасывали бомбы на жилые кварталы. Эти налеты заставили командование Балтфлота задуматься о необходимости создания более защищенного укрытия, для которого и выбрали место на Петроградской стороне, где не было военно-производственных объектов (или они были надежно засекречены), рядом с Ботаническим садом, чьи деревья послужили дополнительной маскировкой. На сохранившейся немецкой аэрофотосъемке 1942 года этот объект виден, но командование гитлеровцев не смогло раскрыть его важность, и в эту зону приходилось относительно немного обстрелов и бомбардировок.

Вплоть до 1995 года бункер был функционален как бомбоубежище, в нем могли жить до 100 человек, находились необходимые припасы и средства защиты.

«До 2014 года я про этот объект вообще не знал, — рассказывает Максим Мосенжник. — В январе этого года я шел по улице и увидел газету с заголовком «Бункер адмирала остается в осаде» (ее издал ЛЭТИ). Я заинтересовался этим объектом, ведь хотя я давно интересуюсь флотом, много читал по его истории, читал воспоминания адмирала Трибуца, но где находился штаб флота, не было известно вообще. Нигде не было указано конкретно место, почему и как его строили — ничего не писали. Но когда мы стали искать в архивах, то определить это место удалось точно».

Группа энтузиастов (среди них — историки, инженеры, врачи, студенты ЛЭТИ, сотрудники музеев) взялась за воссоздание исторического внутреннего вида бункера, который требовалось привести в порядок и очистить от мусора. Ядро вокруг этой идеи составляет человек 10−15, но приходят многие, внося посильный вклад в восстановление объекта. Задумано восстановление было еще в 2014-м, но приступили к нему, «собираясь с духом и с возможностями», только спустя два года, когда в конце мая провели первый субботник с участием примерно 20 человек. Весь бункер (который до 2010 года был объектом МЧС, а теперь находится в ведении Росимущества) был завален мусором, со множеством следов поджогов. Сейчас, чтобы полноценно заниматься объектом, энтузиасты хотят зарегистрироваться как некоммерческая общественная организация.

«Настоящий, полноценный музей здесь сделать не просто можно, а нужно, это наша основная цель, — говорит Максим. — Да и то, что вы пришли и смотрите, уже значит, что это музей. А три года назад сюда было не войти: горы мусора, автопокрышки, запчасти, всякий хлам, мы вывезли 5 контейнеров мусора».

Сейчас в бункере продолжают очищать стены, готовя их к покраске, идет очистка объекта снаружи; вокруг него поставлены стенды, рассказывающие об объекте. Плюсом для всех работ оказалось то, что энтузиастам помогли депутаты, а именно Оксана Дмитриева и еще несколько депутатов Закса, с помощью которых бункер был включен в список объектов культурного наследия. Это сохранило его от окончательного уничтожения. В ближайших планах — окончательная очистка, выравнивание и покраска стен, приведение в порядок пола, на котором остаются следы поджогов, подключение электричества (пока что посетители ходят с фонариками). Финансирование проекта энтузиасты осуществляют собственными силами, за счет тех денег, которых зарабатывают сами, а также за счет средств, поступающих от проведения экскурсий: так, собранные в прошлом году 20 тысяч рублей пошли на восстановительные работы.

История восстановления бункера Трибуца — пример того, как неравнодушные граждане берут в свои руки ту историческую память, святое наследие подвига наших предков, которое оказалось заброшено в 90-е, когда «ответственные» лица страны, казалось, сбежали в неведомые эмпиреи рыночного уклада. Но бункер, выдержавший фашистскую осаду, выдержал и это испытание. Сейчас очень модно говорить о «скрепах», при этом весьма расплывчато представляя, что же они такое, неслучайно это выражение стало объектом множества шуток. Но то, что делают Максим и его единомышленники, это настоящее, это — то, что сохраняет Россию в каждой очередной перипетии и благодаря чему историческая память в ней всегда будет жить.

Игорь Юдкевич, Дарья Драй


Источник