Как Вашингтон намеревается одержать победу

3 июля 2020 г. 21:58:30

За время трёхмесячного режима изоляции на Западе на Ближнем Востоке произошли значительные изменения. Йемен разделён на две части, Израиль парализован двумя Премьер-министрами, которые друг с другом не ладят, Иран открыто поддерживает НАТО в Ираке и Ливии, Турция заняла северную часть Сирии, а Саудовская Аравия близка к банкротству. Прежние альянсы рушатся, и возникают новые расколы.

В 2001 г. Дональд Рамсфельд и адмирал Артур Цебровски определили роль Пентагона в установлении финансового капитализма. В это время генштаб создаёт карту перекраивания Большого Ближнего Востока. Однако в 2017 г. Дональд Трамп выражает несогласие с изменением границ и созданием государств, во главе которых стоят джихадисты, а их в свою очередь, поддерживают американские войска. После этого Пентагон изменяет свою тактику так, чтобы разрушение государственных структур осуществлялось без разрушения самих стран и нарушения требований Белого дома.

Вашингтон вот уже на протяжении двух десятилетий пытается перекроить Большой Ближний Восток – территорию, простирающуюся от Афганистана до Марокко. Но за последние три года столкнулись две непримиримые линии: с одной стороны, Пентагон, который нацелен на упразднение государственных структур во всех странах региона вне зависимости от того, друзья они или враги, а с другой президент Трамп, который намерен установить с регионом торговые отношения не прибегая к вооружённой силе.

Когда для борьбы с эпидемией Covid-19 был введён режим изоляции, мы сразу предупредили, что в регионе произойдут глубокие перемены, и после этого он не будет таким, как прежде. Мы исходили из того, что Вашингтон отказался от разрушения Сирии, и теперь эта зона предоставлена России. Теперь главным становится вопрос о том, кто станет в этом регионе следующей целью Пентагона. Возможны два ответа. Турция или Саудовская Аравия, кстати, обе эти страны – союзники США. А следующий вопрос – какие рынки будет пытаться открыть Белый дом.

Такое мнение поддерживается всеми, кто считает, что последние двадцать лет на Ближнем Востоке реализуется стратегия Рамсфельда-Цебровски по уничтожению государственных структур в странах Ближнего Востока. А отвергается оно теми, кто, отказываясь принимать в расчёт международные факторы, наивно интерпретирует происходящие события как следующие одна за другой гражданские войны ( Тунис, Египет, Ливия, Сирия, Йемен, а вскоре, может быть, и Ливан), отвергая между ними какую-либо связь.

Между тем, Иран, спустя три месяца, стал в Ливии поддерживать Турцию, Саудовская Аравия почти повсюду, и особенно в Йемене, практически исчезла с экранов радаров, а Эмираты стали полюсом региональной стабильности. Региональные перемены на руку Анкаре и Абу-Даби, никак не Рияду. Но наиболее радикальными переменами являются переход Ирана на сторону НАТО, нормализация отношений Турции с США и усиление влияния Объединённых Арабских Эмиратов. Следовательно, мы были правы, а те, кто верили в сказки про гражданские войны, загнаны в тупик. Конечно, они в этом не признаются, и им потребуется несколько месяцев, чтобы приспособить свои речи к реалиям повседневной жизни.

Разумеется, скорректировать свои позиции должны все, и наши замечания справедливы только на сегодняшний день. Ведь регион очень быстро меняется и тот, кто будет слишком долго раздумывать, автоматически проиграет. Особенно это касается Европы. Эта ситуация довольно хрупкая, и она будет подвергнута пересмотру Вашингтоном, если Дональду Трампу не удастся избраться на второй срок, или если президент Путин не сможет удержаться у власти до конца своего мандата, или Пекином, если президент Си Цзиньпин будет настаивать на строительстве участков шелковых путей на Запад.

Хотя СМИ об этом умалчивают, Объединённые Арабские Эмираты больше не поддерживают Саудовскую Аравию на поле брани в Йемене. Они поддерживают племена, которые изгнали из своей страны саудовские войска. Вместе с британцами они занимают остров Сокота, осуществляя контроль над Баб-эль-Мандебским проливом у выхода в Красное море. Они де факто разделили Йемен на две части по границе, которая во время холодной войны проходила между Северным и Южным Йеменом.

Иран, несмотря на пограничные столкновения с Эмиратами и войну, которую он вёл с помощью наёмников из Йемена, довольствовался подобной развязкой, позволившей шиитским хуситам добиться подобия мира, но не победить голод. Приняв в конце концов избрание президентом США Дональда Трампа, Тегеран с трёхлетним опозданием возобновил контакты с Вашингтоном. С театральной напыщенностью правительство Хассана Рохани заявило о военной поддержке правительства аль-Сараджа в Ливии. На деле это означает, что оно поддерживает Братьев-мусульман (как это было в 90-х годах в Боснии-Герцеговине), Турции и НАТО (как это было при шахе Реза Пехлеви). Теперь неясно, что Иран будет делать в Сирии, где он до сих пор воевал со своими новыми союзниками –Турцией, НАТО и джихадистами.

Разумеется, нельзя забывать о том, что в Иране, как теперь и в Израиле, двоевластие. Заявления правительства Рохани, возможно, ничему не обязывают Вождя Революции аятоллу Али Хаменеи.

Как ни крути, но новая ситуация ставит Хезболлу в неприятное положение. Представляется, что Соединённые Штаты умышленно с помощью управляющего Центральным банком Рияда Саламе спровоцировали обрушение ливанского фунта. Теперь Вашингтон намерен распространить на Бейрут закон США (Caesar Syria Civilian Protection Act), обязывающий его закрыть ливано-сирийскую границу. Ливан, чтобы выжить, будет вынужден пойти на союз со своим бывшим колонизатором, с которым у него общая граница, — Израилем. Конечно, приход к власти в Тель-Авиве двуглавой оппозиции, связавшей воедино сторонников старого британского колониального проекта, с израильтянами третьего поколения, приверженным национальной идее, не допускает вторжения в Ливан. Однако эта коалиция непрочная, и возврат назад не только возможен, но и весьма вероятен. Единственным решением для Ливана стал бы отказ применить американский закон и развернуться не в сторону Запада, а в сторону России и Китая. Именно эту мысль осмелился высказать генеральный секретарь Хезболлы Сайед Хасан Насралла. Он считает, что Иран, несмотря на своё сближение с Турцией (присутствующей вместе с Братьями-мусульманами на севере Ливана) и НАТО (представленной Израилем), остаётся посредником между Китаем и Западом. В античные времена и средневековье на протяжении всего шёлкового пути говорили только на персидском языке.

Хезболла была создана по модели иранского полувоенного ополчения Басидж, и у них один и тот же флаг. А вооружение вплоть до выхода Сирии из Ливана в 2005 г. поставлялось ей не из Тегерана, а из Дамаска. Поэтому она должна сделать выбор между двумя своими покровителями, руководствуясь либо идеологическими, либо материальными соображениями. Сайед Хасан Насралла поддерживает сирийскую светскую модель, тогда как его заместитель шейх Наим Кассем – приверженец иранской технократической модели. Но денег у Дамаска нет, они у Тегерана.

На протяжении многих столетий в интересах западных держав было поддерживать светские режимы, но их стремление к доминированию в регионе неизбежно приводило к поддержке религиозной власти (исключая на короткий срок в 1953 г. США).

У окружённой союзниками Соединённых Штатов Сирии в плане снабжения нет другого варианта, кроме России, однако правящий класс последней противится этому. Это станет возможным только в случае, если будет разрешён конфликт между президентом Башаром аль-Ассадом и его дальним кузеном миллиардером Рами Маклуфом, а также между российскими олигархами. Эти разногласия не имеют ничего общего с семейным конфликтом, о котором твердят западные СМИ. Их можно сравнить с отторжением от власти российских олигархов президентом Владимиром Путиным в нулевые годы, что дало возможность покончить с брожениями ельцинского периода. Семнадцать лет экономической блокады Дамаска не позволили разрешить этот конфликт. Но как только он будет разрешён, Дамаск сможет вернуть отторгнутые у него земли – оккупированные Израилем Голаны и Идлиб, оккупированный Турцией.

Ирак стал второй страной, которая после Эмиратов познала произошедшие в Иране перемены. Он немедленно заключает соглашение с Вашингтоном и Тегераном и назначает Премьер-министром главу спецслужб Мустафу аль-Кадими, хотя за последние несколько месяцев его обвиняли за активное участие в убийстве в Багдаде шиитского деятеля Кассема Солеймани. Теперь Ирак не будет больше воевать с джихадистами (англло-саксонскими наёмниками, поддерживаемыми Ираном), он вынужден будет вступить с их предводителями в переговоры.

Израиль, единственная в мире страна, которой управляют два Премьер-министра, не сможет отныне играть роль посредника в продвижении интересов англо-саксонских держав и не будет такой же страной, как другие. Вся его внешняя политика парализована как раз в тот момент, когда Ливан ослаблен и стал для него желанной добычей. Для сторонников колониального проекта, за которыми стоит Премьер-министр Беньямин Нетаньяху и которые проигрывают в скорости, перемены в Иране дают о себе знать уже в Ираке и Ливии. Им нужно срочно придумать нового врага, чтобы удержаться. А для израильских националистов, за которыми стоит второй Премьер-министр Бени Ганц, не следует бросать в кого-то камни, а осторожно вступить в переговоры с Хамас (то есть с Братьями-мусульманами).

Египет продолжает концентрировать своё внимание на продовольственной проблеме. Ему не удаётся накормить своё население без помощи саудов, и он рассчитывает на помощь Китая. Однако саудовский отказ и наступление США на Китай не дают ему никакой надежды.

Ливии, как государства, больше не существует. Она, как и Йемен, страдает двоевластием. В результате победы НАТО в 2011 г. и отсутствия американских войск на земле, эта страна стала единственным местом в регионе, где Пентагон может беспрепятственно претворять в жизнь стратегию Рамсфельда-Цебровски. Недавние военные успехи правительства аль-Сараджа ( по сути Братья-мусульмане), поддерживаемого Турцией, а теперь и Ираном, не оставляют никаких иллюзий. Поддерживаемое Эмиратами и Египтом правительство Хафтара сопротивляется. Пентагон намерен поддерживать это конфликт как угодно долго в ущерб мирным жителям. Он, как и во время ирако-иранской войны (1980-88 г.г.) поддерживает оба лагеря и придёт на помощь проигравшему, которого на следующий же день предаст.

Проигравшими оказываются Китай и Саудовская Аравия.

Влияние Китая ограничивается Ираном. Его победное шествие приостановил госсекретарь Майк Помпео во время визита в Израиль. Пекин не будет строить крупнейший в мире завод по опреснению морской воды, а его проекты в портах Хайфы и Ашдода обречены на провал, несмотря на огромнейшие инвестиции в эти проекты. Никто не осмелится устранить 18 000 китайских джихадистов на сирийско-турецкой границе, так что последняя останется нестабильной и не позволит осуществить прокладку северного участка шёлкового пути. Остаётся южный участок, проходящий через Суэцкий канал в Египте, но он находится под контролем Запада.

А что происходит с Саудовской Аравией, никто толком не знает. За последние три года принц Мохамед Бен Салман (МБС) сумел возбудить на Западе безумную надежду и повалить на спину все региональные державы путём повешений и расчленений своих противников с последующим растворением их тел в кислоте. Его страна вынуждена была пойти на попятную в Йемене, где ей пришлось безрассудно рисковать и отказаться от выгодных работ, в частности от строительства города будущего Неом, в котором должны были найти приют миллиардеры со всего мира. А гигантские запасы нефти больше не являются объектом спекуляций и теряют свою ценность. Самая крупная военная держава региона теперь представляет собой колосс на глиняных ногах, агонизирующий в песках пустыни его породившей.

А президент Трамп на пороге достижения своих целей. Он сорвал план Пентагона по созданию государства во главе с террористической организацией ДАИШ и сумел интегрировать в американскую экономическую зону все страны региона за исключением Сирии, утерянной после 2014 г. Но Пентагон продолжает свои дела. Ему удалось ликвидировать государственные структуры в Афганистане, Ираке, Ливии и Йемене. Его план не удался только в Сирии в результате военного вмешательства России, но ещё и потому что народ Сирии испокон веку привержен концепции государства.

Ликвидация государственных структур в Афганистане согласно планам Пентагона и вывод американских войск по воле президента Трампа, имели бы большое значение во время президентских выборов и ознаменовали собой альянс между двумя этими силами. Но пока до этого далеко. Пентагон тщетно пытается ввести военное положение в связи с эпидемией Covid-19 и тайком поддерживает «антифа», которые уже внедрены в Сирии, где они координируют якобы антирасистские бунты. Россия, никогда не изменявшая своей позиции, мудро ожидает то время, когда она сможет собрать урожай от своего вмешательства в Сирию.

Тьерри Мейсан

Перевод

Эдуард Феоктистов


Источник