The Atlantic (США): предательство Зеленского

10 декабря 2019 г. 21:24:26

Сюрреалистическая история о комике, который играл президента Украины в телесериале и действительно стал президентом — а потом оказался в центре американского политического скандала. Пафос автора невероятен, особенно в рассуждениях об «американской демократии» и «спасительной» роли посольства США в Киеве.

Франклин Фоер (Franklin Foer)

В мае прошлого года, за несколько недель до инаугурации, будущий президент Владимир Зеленский узнал, что с ним хочет встретиться человек по имени Руди Джулиани (Rudy Giuliani). Это имя было знакомо ему лишь понаслышке. Но бывший мэр Нью-Йорка был личным адвокатом президента Соединенных Штатов, и он, очевидно, хотел поднять вопрос о том, что некоторые расследования заслуживают того, чтобы новая украинская администрация уделила им максимум внимания. Зеленский понял, что отказаться будет не так-то просто.

Зеленский занял самый высокий пост в своей стране несмотря на то, что в политике к тому моменту был чуть более четырех месяцев. Даже когда он готовился занять пост президента, он оставался профессиональным комиком и постоянным участником телевизионных шоу, в том числе «Лиги смеха». У Зеленского были сомнения в том, стоит ли ему соглашаться на встречу с Джулиани, и он собрал консультантов в штаб-квартире своей развлекательной компании.

Как киноактер и звезда комедийного шоу, Зеленский с успехом играл рядового обывателя, часто исполняя роль обычного парня, который завоевывает красавицу, казавшуюся ему неприступной. Его бывший офис, расположенный на верхнем этаже жилого дома среднего класса, соответствует скромным персонажам, которых он любил изображать. С фасада свисают кондиционеры; их оголенные провода оплетают бетонное здание, как плющ. Фанерные стены тесного лифта разукрашены вандалами, как картина Баския. Только доехав до верхнего этажа, можно увидеть дверь из матовой стали, металлоискатель и прочие атрибуты роскоши. Зеленский был не просто артистом эстрады; он был, пожалуй, самым успешным продюсером страны.

В ходе кампании к нему в офис регулярно приходили эксперты, чтобы преподать ему урок на тему коррупции и других головоломных проблем, которые он обещал решить. Зеленский не слишком старался скрывать свою неопытность на этих встречах, делая обширные заметки в блокноте. Когда Джон Хёрбст (John Herbst), бывший посол США на Украине, встретился с Зеленским, он был поражен его серьезностью. «Это очень внимательный слушатель, — сказал мне Хёрбст. — Благодаря невербальным сигналам складывалось ощущение, что он крайне сосредоточен». Зеленский задавал вопросы своим узнаваемым басом-профундо, который пробивался до самого нижнего регистра. (На сайте его компании о его голосе говорится «сексуальный».) А вот собственное мнение Зеленский высказывал на этих встречах редко.

Из множества проблем, которые он месяцами изо всех сил пытался постичь, вопрос Джулиани вызывал у него наибольшее раздражение. С конца зимы элите города стало известно о засланных казачках мэра, Льве Парнасе и Игоре Фрумане, которых он отправил, чтобы раскрыть компрометирующие материалы о Джо Байдене и его сыне. Неуклюжая парочка, добившись встречи с действующим президентом Петром Порошенко, проболталась о своей «секретной миссии». Но хотя от посыльных Джулиани, любителей ходить по стрип-клубам, можно было отделаться, совершенно иначе дела обстояли с визитом самого адвоката президента Трампа.

Зеленский понял, что ему нужен американский взгляд на ситуацию перед встречей с ним, и обратился за советом к бывшему чиновнику администрации Обамы по имени Амос Хохштайн (Amos Hochstein), который входил в совет директоров украинской государственной газовой компании. Во время почти трехчасовой беседы Зеленский задавал конкретные вопросы; его сводило с ума то, какими запутанными казались отношения мэра с президентом. Был ли Джулиани официальным представителем администрации Трампа или действовал по собственной инициативе? Была ли встреча с ним обязательной для Зеленского с дипломатической точки зрения? И зачем Джулиани решил доставить столько хлопот новому президенту, который даже не вступил в должность?

Зеленский словно предчувствовал, что Джулиани способен создать проблемы. Сегодня в центре Расследования по делу об импичменте Палаты представителей США один вопрос: пытался ли президент Соединенных Штатов оказывать давление на президента Украины?

Владимир Зеленский — специалист по незамысловатому юмору, обаятельный герой романтических комедий — всегда надеялся, что его имя будет звучать повсеместно. Благодаря слушаниям об импичменте, которые ведет член Палаты представителей Адам Шифф (Adam Schiff), так оно и вышло. Две недели в ноябре американские члены Конгресса говорили о Зеленском, как будто он их близкий знакомый: они рассуждали о том, как он мыслит, выражали возмущение от его имени и обсуждали его прошлые высказывания, как будто могли точно знать, что он имел в виду.

Если Зеленский внимательно изучал слушания, он, вероятно, с трудом мог вынести то, что комитет обычно называл его страну безнадежно коррумпированной. Слова про коррупцию были вполне справедливы, — Зеленский победил в президентской гонке, пообещав покончить с клептократией, — но вот насчет безнадежности они ошибались. На самом деле его победа олицетворяла надежду его страны на то, что она может преуспеть в том, в чем остальная часть постсоветского мира потерпела неудачу. Вместо того, чтобы проголосовать за возвращение в президентское кресло бездарного олигарха, украинский народ передал власть проевропейскому русскоговорящему еврею-популисту. После того, как десятилетиями избиратели делились на два лагеря, его победа была сама по себе актом примирения.

До того, как президентом стал Дональд Трамп, Соединенные Штаты были и защитником Украины, и ее нравственным ориентиром. В годы, последовавшие за войной в Ираке, в условиях глобального разворота от либерализма, Украина, возможно, была тем местом, где американский идеализм горел ярче всего. Под давлением Государственного департамента подстрекаемое беспокойной и неудовлетворенной общественностью украинское правительство уверенно двигалось по демократическому пути, на который его направлял Вашингтон.

Существует серьезная опасность, что Дональд Трамп собьет страну с этого пути. Американские дипломаты некогда пытались повысить нравственный уровень украинской политики и внедрить идеи нейтрального управления и беспристрастности судей, Трамп же загрязнил Украину собственной политикой, основанной на сделках. Он задержал столь необходимую (и одобренную Конгрессом) военную помощь, которая стала бы доступна лишь в том случае, если украинский президент поддержал бы его планы по очернению политического противника. Он подкрепил коррупционные наклонности и схемы, с которыми Соединенные Штаты так долго пытались покончить. Именно из-за таких схем Конгресс рассматривает вопрос об импичменте.

Все свидетели, которых вызывали для дачи показаний в ходе процедуры импичмента, начали с рассказа о своей биографии. Они говорили о своем воспитании и карьере. Они объясняли, что события, о которых они собирались поведать комиссии, на самом деле стали вершиной их опыта. Несмотря на то, что Владимир Зеленский не представал перед комиссией, его биографию тоже стоит пересказать. Ее можно представить в форме притчи о его стране и о том, как Дональд Трамп поставил под угрозу демократию.

Рассказывать о восхождении Владимира Зеленского — все равно что погрузиться в сюжет постмодернистского романа, высмеивающего различия между реальностью и развлечениями.

Примечательно, что существует вымышленная версия восхождения Зеленского, разыгранная им в «Слуге народа», ситкоме, в котором его герой неожиданно становится президентом Украины. Он играет учителя, поднявшегося из полной безвестности после того, как ученик тайком записал его разглагольствования о закоренелой коррупции, и его речь стала вирусной в сети. Вопреки всем ожиданиям и несмотря на то, что он не участвует в предвыборной кампании, учителя избирают в президенты. Поскольку он не доверяет оплоту старого правящего класса, он окружает себя своими закадычными друзьями, назначая неопытных друзей на самые важные посты в правительстве.

Искусство подражало жизни: многие из актеров, которые играли этих приятелей, ставших чиновниками, были старыми друзьями Зеленского. С 1990-х годов они были ядром его комедийной труппы, а некоторые еще до этого учились с ним в одном классе. Когда Зеленский победил в президентской гонке, жизнь последовала примеру искусства. Зеленский оставался верным сценарию своего сериала, назначая своих друзей — соавторов сценария, руководителя своей продюсерской компании и своего адвоката — на высшие посты в администрации.

Один из его старых друзей — одноклассник с шестого класса, шафер на свадьбе, комедийный партнер — Александр Пикалов. В юности у них были одни синие джинсы на двоих, которыми они все время менялись, чтобы по очереди надевать их на свидания. В «Слуге народа» Пикалов изображает громилу-подкаблучника из низших военных чинов, который становится министром обороны. В реальной жизни Пикалова не интересовала перспектива войти в новую администрацию.

Когда я впервые попросил Пикалова рассказать мне о его друге, он засомневался. По его словам, один русский недавно выдавал себя за американского журналиста — предположительно для того, чтобы выжать из него компромат из старых добрых времен. Пикалов не похож на человека, из которого легко что-то выжать. На нем была бейсболка с солнцезащитными очками на козырьке; из-под рукава облегающей черной футболки виднелась на бицепсе татуировка мотоцикла. Пока мы разговаривали, он сжимал в руке сигару, которую так и не поджег.

Пикалов и Зеленский выросли в унылом индустриальном Кривом Роге, полосе доменных печей и надшахтных зданий, растянувшейся на 80 миль (126 км). Летом коричневато-красные продукты сгорания оседают на ветровых стеклах припаркованных автомобилей. Их юность совпала с развалом Советского Союза. Пикалов сказал мне, что крушение всемогущего государства положило начало эпохе чудовищного насилия. Банды разгромили весь город. Но родители Зеленского — отец, преподаватель информатики, и мать, инженер, — растили его в одном из лучших районов Кривого Рога. Его друзья держались подальше от насилия, у них были собственные интеллектуальные увлечения и изысканный стиль в одежде. «Большинство парней в нашем городе предпочитали спортивные костюмы; мы носили стильные костюмы. Мы были самыми модными в своем городе», — сказал мне Пикалов. Зеленский любил слушать английский рок и играл на гитаре. Однажды вечером он решил сыграть в переходе. Домой он пришел с разбитой пополам гитарой. Он сказал своим друзьям: «Думаю, Кривой Рог пока не готов к нам».

Одной из привилегий постсоветской свободы, которая наступила, когда Зеленский был подростком, было право высмеивать политиков. Российская телепередача под названием «КВН» — аббревиатура, означающая «Клуб веселых и находчивых» — объединила команды со всего бывшего СССР в формате импровизации и юмористических сценок. Этот формат, созданный на основе популярной передачи 60-х годов и возрожденный в разгар перестройки, поразил воображение Зеленского. В 17 лет он пробился в команду Кривого Рога. В середине 90-х Зеленский и Пикалов с друзьями создали собственную команду. Они назвали ее в честь квартала в Кривом Роге — «95-й квартал», или «Квартал 95».

Мать Зеленского была не в восторге от его увлечения комедией. Побывав на репетиции, она украдкой отвела Пикалова в сторону и сказала: «Он ведь собирается стать юристом… правда?» Телевизионный успех не приносил хороших денег, по крайней мере, поначалу. У Зеленского ушли годы на то, чтобы построить на своей известности империю развлечений с концертными турами, фильмами и телесериалами. (Фильмы выходили на русском языке, так что он выгодно продавал свои работы в большую часть бывшей советской империи.) В 2012 году журнал «Форбс Украина» (Forbes Ukraine) писал, что доход его компании составляет 15 миллионов долларов. Зеленский был достаточно богат, чтобы купить виллу с 15 комнатами в Тоскане (недвижимость, которую он забыл задекларировать во время своей президентской кампании).

В интервью каналу Би-би-си Зеленский сказал, что на его юмор больше всего повлияло «Шоу Монти Пайтон» (Monty Python), но добавил, что его стиль больше напоминает Бенни Хилла (Benny Hill). Владислав Давидзон, главред «Одесского обозрения» (The Odessa Review), сказал мне: «Его комедия была ребяческой, вульгарной и низкопробной — русские называют это „базарным юмором"». В одном характерном скетче Зеленский изображает, что играет на рояле с помощью члена. (Вот видео на Ютубе, если вам такое по душе). В программе «Вечерний квартал» актеры изображали политиков и олигархов, которые то и дело требовали закрыть передачу. (Зеленскому стоило быть более снисходительным: по словам Пикалова, теперь его раздражают телевизионные шутки, которые его задевают.) Самые опытные политики приглашали комиков выступать на закрытых вечеринках в надежде притупить их остроты. Один олигарх рассказал мне, что Зеленский был главным артистом на дне рождения пророссийского президента Виктора Януковича, который впоследствии будет отстранен от власти во время революции 2014 года.

В том же году после аннексии Путиным Крыма «Квартал-95» разорвал свои прибыльные связи с российским рынком. «Я не хочу иметь ничего общего с Россией», — сказал Зеленский своему другу. Компания пожертвовала миллион гривен плохо организованной украинской армии, — из-за этого пожертвования его желчно обличали московские политики. Год спустя Зеленский начал работать над «Слугой народа».

Новый сериал источал искренность и идеализм, но в ретроспективе это оказалась заявка на участие в выборах, растянувшаяся на три сезона. В сериале изображен политический деятель, восставший против мультяшных олигархов, которые горкой накладывают икру на крекеры и опрокидывают рюмки коньяка. Только аскетичному персонажу Зеленского хватает силы воли, чтобы отказываться от их подачек. На фоне первых титров показано, как он едет в офис на велосипеде с портфелем в руке. «Слуга народа» отразил беспокойство человека, дошедшего до вершины своей карьеры, но не своих амбиций. «Он всегда любил преодолевать трудности и ставил себе все более серьезные задачи, — сказал мне Пикалов. — Но все же я думал, что король киноиндустрии — это его потолок. Я ошибался».

В конце 2018 года Зеленский привлек внимание журналиста-расследователя Сергея Лещенко. Лещенко видел, что его коллег убивали, когда они работали над своими расследованиями, но продолжал писать о том, насколько прогнила система. Его лучшие статьи — плоды неутомимого журналистского труда, в которых он выводит на чистую воду представителей политической элиты с их нечестно нажитым состоянием. Та же самая жажда деятельности привела его в политику, и вплоть до этой весны он занимал кресло в Раде.

Летом 2016 года Лещенко на короткое время ворвался на американскую политическую арену. Сразу после того, как Дональд Трамп закрепился в качестве кандидата в президенты от республиканцев, Лещенко созвал пресс-конференцию в Киеве. Он размахивал страницами документа, получившего известность как «Черная бухгалтерия», перед толпой репортеров. В этих документах содержались записи о тайных платежах, проведенных пророссийской политической партией, находившейся у власти до тех пор, пока Революция достоинства не отстранила ее в 2014 году. Среди транзакций явно были выплаты председателю предвыборной кампании Трампа, Полу Манафорту (Paul Manafort). Лещенко представил публике неопровержимое доказательство сомнительной деятельности Манафорта на Украине, улику, которая помогла добиться отставки Манафорта и предвосхитила обвинения в финансовом мошенничестве, за которое он в итоге был осужден. Преследуя члена предвыборного штаба Трампа, Лещенко стал излюбленной мишенью верноподданных президента. Они предположили, что он сфабриковал документы, и, как сообщается, подумывали о том, как ему отомстить.

Лещенко с его черной бородой и очками в стиле Гарри Поттера как будто только что вышел с рейв-вечеринки, еще одного своего увлечения. Когда я встретился с ним во время своей последней поездки в Киев, он пришел в кафе с опозданием, одетый в розовую футболку «Кархарт» (Carhartt). Несколько месяцев назад страну охватил вихрь эйфории, за которым последовало разочарование, и именно о нем он очень хотел поведать.

Он рассказал мне, что впервые пронюхал о президентских амбициях Зеленского задолго до начала его кампании. Из журналистского любопытства Лещенко попросил встретиться с потенциальным кандидатом, чтобы понять, что это за человек, и каковы его намерения. Трудно найти более скептически настроенного по отношению к политикам человека, чем Лещенко, и поначалу он не знал, что думать о Зеленском. «Он в каком-то смысле интроверт. Он не открывается перед каждым, и не выдает, что у него на уме, в самом начале встречи». Когда Лещенко заговорил о коррупции, оказалось, что Зеленский не знал базовых фактов о работе судебной системы. «Уже с первой встречи стало ясно, что его познания весьма ограничены», — сказал он мне. Лещенко увидел в этом возможность сформировать повестку Зеленского, превратить его в трибуну реформ.

Зеленский дал Лещенко свой номер телефона, и Лещенко обнаружил, что Зеленский отвечает на его сообщения в «Вотсапе» (WhatsApp), пока собирает своих детей в школу, — у Зеленского и его супруги, с которой он в браке 16 лет, есть дочь и сын. Лещенко импонировала серьезность Зеленского. Окружение кандидата, в состав которого входили опытные авторы шуток, с опьяняющей скоростью обменивалось ироничными замечаниями, когда проводило заседания по стратегии кампании в офисе «Квартала». После без малого пяти лет войны артист, казалось, мог стать бальзамом на душу для расколотой страны. Будучи русскоязычным, он мог помочь успокоить восточные просторы страны, отдалившиеся из-за боевого задора Запада. Другая журналистка, также сторонница реформ, Наталья Гуменюк, сказала мне: «Он был популистом, но не разжигал ненависть к ближнему». Зеленский мог сплотить страну с помощью всеобъемлющего, либерального патриотизма.

Лещенко оказался втянут в предвыборную в кампанию. Он присутствовал на встречах государственной важности с американскими дипломатами и официальными лицами из Всемирного банка. Альянс был взаимовыгодным. Зеленский надеялся, что одобрение со стороны этого журналиста подкрепит его реноме. Лещенко сказал мне: «Ожидания были очень занижены, ведь люди представляли себе, что идут на встречу с шутом. А он не шут».

Когда я на расстоянии наблюдал за взлетом Зеленского, я поверить не мог, что Украина выберет еврейского артиста эстрады своим президентом. Моя бабушка приехала из западной Украины, и я все свое детство я слушал печальные рассказы об антисемитизме ее соседей. Когда в 2002 году я впервые приехал в эту страну, ее голос громко звучал в моей голове. Я решил не рассказывать переводчику, что я еврей, изо всех сил пытаясь изобретать новые отговорки, чтобы отказываться от свинины, которую он все время для меня заказывал. Во время одного из наших обедов он подтвердил, насколько мудро с моей стороны было не открываться ему, доверительно подметив: «Сталин вел себя на Украине как ублюдок, потому что он еврей» (Сталин был ублюдком, но не евреем).

Выступление президента Украины В. Зеленского на iForum-2019 в Киеве

Я знал худшее о прошлом Украины, но я также знал, что Зеленский участвовал в выборах в стране, которую изменили две революции и глубокое желание вступить в Европейский союз. Я увидел новую Украину, побывав в поселке Анатовка. Каждый американский еврей (и фанат мюзиклов определенного возраста) знаком с названием Анатовка. Именно эта вымышленная деревня — место действия цикла рассказов о молочнике Тевье, написанных на идише великим писателем Шолом-Алейхемом. После того, как по этим рассказам поставили бродвейский мюзикл и фильм «Скрипач на крыше», Тевье стал любимым народным философом и немного китчевым символом мира, который еврейство оставило позади.

После того как Россия вторглась на Украину в 2014 году, один раввин-хасид поставил перед собой задачу построить реальную версию этого знаменитого местечка в пригороде Киева. Там разместятся еврейские беженцы из разрушенных войной городов на востоке. Идея раввина заключалась в том, чтобы объединившиеся изгнанники начали вести жизнь, подобную жизни предков. (Как сказал бы Тевье: «Традиция!»).

Когда этой осенью я решил посетить поселок, водитель такси «Убер» свернул с шоссе у фабрики косметики «Мэри Кэй» и съехал на грунтовую дорогу. Пожилой охранник в поношенной камуфляжной форме с шерстяным воротом остановил машину на контрольно-пропускном пункте, который стоит на въезде в поселок. Мой переводчик позвонил раввину в Киев, чтобы договориться об экскурсии, но в его офисе отклонили мою просьбу, сославшись на недавний опыт общения с грубым американским журналистом. Я все равно туда поехал, и охраннику так хотелось похвастаться Анатовкой, что он не стал тщательно выяснять цель моего визита. Он провел меня мимо высоких поленниц, которые будут обогревать местечко этой зимой. Мы встречали молодых длиннобородых молодых людей в ермолках, которые несли доски на стройку.

Я спросил охранника, еврей ли он сам. Он покачал головой в знак отрицания. Мы стояли в центре деревни, на грязном пятачке, усеянном старинными на вид фонарными столбами и вялыми деревцами. В его голубых глазах блеснули слезы. «Вам надо видеть эту площадь перед Шаббатом, когда они зажигают свет. Это так красиво». В нашу сторону на велосипеде мчался мальчик; кудрявые пейсы развевались позади него, как ленты. Он остановился перед охранником, который с дедовской нежностью потрепал мальчика по щеке и сказал: «Мой любимый еврейский хулиган».

Я заинтересовался Анатовкой потому, что в начале этого года Руди Джулиани стал почетным мэром местечка. В мае раввин, основатель поселка, подарил Джулиани богато украшенный ключ, и после церемонии эти двое вместе выкурили праздничные сигары. На фотографиях с этого события видно, что Руди разложил свои сигары рядом с пакетом от «Фокс ньюс» (Fox News).

Все это привлекло мое внимание к поселку — как и бронзовая табличка на двери школы в Анатовке с благодарностью за пожертвование сотруднику Джулиани, Игорю Фруману. Но когда я увидел, с какой нежностью охранник обращается с мальчиком, мой скептицизм по поводу проекта развеялся. Под серым небом недостроенного местечка я прочувствовал всю иронию истории: нееврей-украинец с гордостью охраняет еврейскую деревню.

Последние несколько лет почти в каждой европейской стране наблюдается всплеск антисемитизма. Украина, где до сих пор проживает не менее 50 тысяч евреев (так в оригинале текста — редакция ИноСМИ) — удивительное исключение из этой тенденции. В 2017 году Исследовательский центр Пью (Pew Research Center) выяснил, что только 5% украинцев отвергают евреев в качестве сограждан, и это самый низкий показатель среди стран этого региона, участвовавших в опросе. Хотя случаи осквернения синагог и кладбищ по-прежнему имеют место, — а страна питает слабость к восхвалению героев XX века, провоцировавших погромы, — с августа 2016 года в стране не было зарегистрировано ни одного нападения из антисемитских побуждений. (Если бы только о Нью-Йорке можно было сказать то же самое.) Исследователь по имени Вячеслав Лихачев рассказал мне, что, согласно опросам, украинские родители с радостью выдали бы своих дочерей за мужчин-евреев, потому что евреи известны своей преданностью семье.

Российское вторжение на Украину лишь подкрепило этот новый филосемитизм. Тактика Кремля включала в себя не только штурмовиков и ополченцев. Пропаганда изображала украинцев неонацистами. «В России не прекращалась шумиха о том, что власть захватила фашистская хунта», — говорит Сэм Сокол (Sam Sokol), автор книги «Гибридная война Путина и евреи» (Putin's Hybrid War and the Jews). Столкнувшись с этой клеветой, украинцы сознательно решили разоблачить эти обвинения. «Антисемитизм резко снизился после российского вторжения», — сказал мне Лихачев. Ультранационалистические политические партии, которые россияне изображали как господствующие, с треском провалились на очередных выборах.

Кандидат в президенты Украины актер Владимир Зеленский с супругой Еленой в своем избирательном штабе в Киеве

Тем не менее Зеленский — дитя Советского Союза, который пытался похоронить еврейскую историю, и он редко публично делал акцент на своей религиозной принадлежности. Его жена, с которой он учился в одном классе в Кривом Роге, нееврейка. По сообщениям прессы, их дети — крещеные. Когда он изображал евреев в своих сценках, его шутки порой были на грани атавизма. Как-то раз он нарядился в ермолку и очки в металлической оправе, чтобы придумать ловкий способ обойти оплату счетов. Высмеивая еврейского олигарха, он говорил с типичным акцентом, который Джеки Мейсон (Jackie Mason, американский комик, известен стендап-монологами о евреях — прим. редакции ИноСМИ) посчитал бы, пожалуй, слишком грубым приемом.

Зеленский едва ли упоминает о своей национальной принадлежности, но украинцы прекрасно о ней знают, — и эта осведомленность никак не повлияла на их привязанность к нему. Во время президентской кампании критики обвиняли его в употреблении наркотиков и называли марионеткой России. Но в нападках его противников не было ощутимого намека на антисемитизм. Несмотря на все трагические события, которыми пропитана украинская земля, Зеленский победил с 73% голосов.

Тем не менее у сказки об Анатовке есть эпилог с дурным предзнаменованием. Памятник в честь создателя Тевье Шолом-Алейхема стоит напротив Хоральной синагоги Бродского в Киеве. Этой осенью, вскоре после того, как я покинул страну, вандалы краской из баллончика нарисовали на животе и на ноге статуи красные свастики, признаки болезни, которую невозможно искоренить, и которая может снова вспыхнуть. Украина идет к либерализму с переменным успехом, поэтому даже, казалось бы, решительные победы остаются зыбкими, и их легко могут свести на нет кипящие подспудно силы.

За четыре дня до инаугурации Зеленского олигарх Игорь Коломойский сел на борт частного самолета. Четвертый в списке богатейших людей в Украине —человек, которого одновременно обвиняют в организации заказных убийств (свою причастность он отрицает) и приветствуют за то, что он дал отпор Владимиру Путину, — возвращался домой в город Днепр из добровольного изгнания в Израиле. Самолет снижался к линии горизонта, над которой господствовало монументальное сооружение Коломойского, центр «Менора», семь башен из мрамора и стекла в форме семисвечника — крупнейший в мире еврейский общинный центр. Прежде чем вернуться в родной город, он сказал журналистам, что «не будет теневым лидером страны и серым кардиналом». Это было отрицание, которое подразумевает как раз все то, что якобы опровергает.

Возвращение Коломойского было триумфальным, зато его отъезд был постыдным. Правительство национализировало банк, который он основал, обнаружив дыру в бухгалтерских книгах на 5,6 миллиарда долларов. Следователи сообщили, что банк мошенническим способом путем ссудил Коломойскому и его деловому партнеру огромные суммы (оба это отрицают). Суд в Лондоне заморозил 2 миллиарда долларов их активов. Покидая Украину, Коломойский сказал, что боится, что правительство «сфабрикует» против него уголовное дело.

Но с избранием Владимира Зеленского у Коломойского появились все основания полагать, что его самые прибыльные дни в стране еще впереди. Зеленский, вероятно, никогда бы не стал президентом без поддержки Коломойского, которую особо никто не скрывал. Телеканал Коломойского транслировал программы «Квартала», в том числе «Слугу народа». И именно на канале Коломойского в новостях рекламировали кандидатуру Зеленского. По сообщениям, за время кампании Зеленский 13 раз посетил Израиль и Швейцарию, где были дома у Коломойского.

Украинский олигарх Игорь Коломойский

Несмотря на богатство Коломойского, он сам договаривается о встречах с журналистами через «Вотсап». Когда я попросил об интервью, он все время отправлял сообщения о том, что готов увидеться со мной, но так и не назначал время и место. Пока я ждал его ответа, я изучал легенды, окутывавшие этого человека. До отъезда в его офисе стоял аквариум с акулами. Он развлекал (или, возможно, запугивал) посетителей, бросая в воду креветки. Был еще случай, когда он, поговаривают, хотел выселить российскую нефтяную компанию из здания, где располагался его офис. Однажды утром, придя на работу, работники нефтяной компании обнаружили у себя в приемной выставку гробов.

Тем вечером, когда Коломойский наконец-то вызвал меня в свой киевский офис, на город опустился густой туман. Автомобильные фары с трудом пробивались сквозь плотную тьму. Офис Коломойского, однако, было довольно легко заметить. На улице возле него прохаживались туда-сюда около дюжины молодых людей, у некоторых в ушах торчали наушники. В свое время у Коломойского была частная армия, численность которой составляла 2 тысячи человек, — сила, которую он послал для борьбы с русскими захватчиками в 2014 году. Ополчения, которые он финансировал, возможно, подавили продвижение Путина на запад, — а еще в их состав, говорят, входили неонацисты, которые с радостью встали под знамена еврейского олигарха.

Секретарша проводила меня в переговорную комнату, в которой был только обитый кожей стол и ни намека на хищного питомца. Через полчаса в комнату влетел Коломойский. Всем известно, что его прозвали Беней в честь советского мультяшного льва с пушистой гривой. (Беня — еще и имя самого известного вымышленного персонажа Исаака Бабеля, еврейского одесского гангстера Бени Крика). Седые волосы Коломойского были взъерошены, а на лице была щетина; под пиджак он надел футболку. Прежде чем сесть, он достал айфон. С понимающей усмешкой он объявил, что его адвокаты научили его записывать все свои интервью, — многие из которых, честно говоря, шли в неожиданном направлении.

Как рассказчику, Коломойскому нужно время на разогрев. Его монологи набирают обороты после того, как он начинает упиваться иронией и позволяет себе отпустить несколько хороших острот. Он сказал мне, что как-то раз присоединился к компании комиков, где был и Зеленский, во время отпуска на Мальдивах, и Зеленский показался ему самым веселым из них. «Люблю, когда меня окружают забавные люди», — сказал он мне. Когда я спросил, хватает ли у него скорости реакции и смекалки, чтобы соответствовать своим друзьям-юмористам, он развел руками, как бы говоря: «Ты что, смеешься?» «Я могу за ними угнаться, — сказал он с улыбкой. — Мне шутки никто не пишет».

С тех пор, как Зеленский занялся политикой, он пытается дистанцироваться от Бени, протестуя против того, что его называют «игрушкой в руках Коломойского». Но, по мнению Коломойского, их отношения гораздо ближе, чем готов признать президент. Коломойский угостил меня рассказом о попойке с Зеленским («Он любит выпить, но не знает меры»). В тот вечер, когда Зеленский рассказал Коломойскому, что собирается баллотироваться в президенты, подвыпившие приятели позвонили рок-звезде Святославу Вакарчуку и спросили его насчет слухов о том, что он тоже собирается участвовать в гонке. «Какой еще гонке?— ответил рокер. — Я сплю».

Эта страсть к импровизации придает Коломойскому облик прирожденного рассказчика, который ставит хорошую историю превыше всего. Большую часть часа он рассказывал мне, как построил свою империю на закате Советского Союза. («Моим идиотам-родственникам приходилось целый месяц мыть полы в Америке, чтобы заработать тысячу долларов, а я зарабатывал здесь четыре тысячи долларов в неделю».) Однако в его монологах есть хитринка, подспудная повестка дня. Во время нашей беседы я почувствовал, что он задумал с помощью нашего интервью передать некое послание Дональду Трампу.

Адам Шифф и демократы Палаты представителей строго придерживаются одной темы. Они не позволили себе отклониться от одного конкретного вопроса: пытался ли Дональд Трамп оказывать давление на Владимира Зеленского? Однако в страницы собранных ими показаний вплетены и другие скандалы.

Эти скандалы всем знакомы. С самых первых дней, когда Дональд Трамп начал претендовать на пост президента, звучал вопрос: может ли им манипулировать иностранная держава? А с тех пор, как к его компании присоединился Пол Манафорт, появился более конкретный вариант вопроса: может ли им манипулировать богатый украинец? Исходя из доказательств, полученных в ходе расследования конгресса, ответ на этот вопрос — да, может. Влиятельные украинские чиновники сговорились очернить посла США Мари Йованович (Marie Yovanovitch), а затем использовали эти истории, чтобы успешно убедить Трампа снять ее.

До Трампа олигархи чувствовали себя относительно беззащитными перед попытками Америки искоренить коррупцию из украинской судебной системы. Поскольку украинское государство зависело от американской поддержки, такая фигура, как Йованович, имела рычаги давления, которые позволяли требовать более чистого правительства. Но новый президент США бросил спасательный круг коррупционерам. Это был американский лидер, который действовал в стиле олигарха и хотел использовать правовую систему, чтобы нанести ущерб своим политическим соперникам. Казалось, что если подобрать верный подход, Трампа можно завербовать, чтобы он действовал от имени какого-нибудь олигарха.

Коломойскому помощь Трампа может понадобиться довольно скоро. Ранее в этом году [американское интернет-издание] «Дэйли бист» (Daily Beast) сообщило, что ФБР проводит расследование о финансовых преступлениях Коломойского. Детали расследования неизвестны, но в рамках гражданского иска, возбужденного против него в штате Делавэр, он обвиняется в том, что вложил деньги, украденные из своего украинского банка, в создание империи собственности в Огайо. (Он категорически отвергает все обвинения.) По некоторым сведениям, он одно время был крупнейшим землевладельцем в Кливленде и владельцем сталелитейного завода в пригороде Янгстауна.

Чтобы заручиться поддержкой Трампа, нужно говорить на его языке. В нашем интервью Коломойский выступил против так называемого глубинного государства со рвением, характерным для твиттера Трампа: «Вы меняете своих президентов, но политика Госдепа остается прежней. Это как страна внутри страны».

Коломойского не просто пугает перспектива быть осужденным. Его охватывает все усиливающееся чувство, что политический покровитель может его предать. Какое-то время Зеленский потворствовал ему, отвечая на его звонки и оказывая ему небольшие услуги. Даже если бы он больше не питал привязанности к олигарху, у него не оставалось другого выбора, кроме как регулярно беседовать с ним: считается, что Коломойский может диктовать голоса большой фракции в парламенте, которая обеспечивает Зеленскому решающую законодательную поддержку.

Но в конце прошлого месяца Коломойский в порыве отчаяния позвонил Веронике Мелкозеровой, журналистке, которая была моей переводчицей и помогала договариваться о встречах. Коломойский мечтал вернуть себе контроль над банком. Но Международный валютный фонд хочет, чтобы Украина возместила деньги, якобы снятые со счетов банка Коломойским. МВФ требует, чтобы Зеленский заставил его выплатить эту сумму, иначе он может отказать Украине в предоставлении кредитов на миллиарды долларов. Коломойский разочарован тем, что Зеленский так мало сделал для его защиты. Он в шутку сказал мне, что поведение Зеленского заставило его мечтать «о возвращении Порошенко», президента, который национализировал его банк. Он отправил Мелкозеровой на мессенджер фотографии протестов перед зданием Центрального банка и предсказал, что Зеленский скоро столкнется с более крупными протестами. «Они не хотят возвращать банк по-хорошему, — сказал он ей. — Значит, мы добьемся этого по-плохому».

Через несколько недель после избрания Зеленского Сергей Лещенко поехал в долгожданный отпуск, составив компанию своей жене, диджею, которую пригласили выступить в Нью-Йорк. Он показал мне фотографии из путешествия. Вот он стоит перед зданием в Сохо, принадлежащим Полу Манафорту, человеку, которого помогло свергнуть его расследование. На другой он гримасничает у входа в Башню Трампа. Пока он забавлялся, делая такие снимки, его враги в Нью-Йорке и Вашингтоне пытались уничтожить его.

Пока Лещенко был в Нью-Йорке, Руди Джулиани планировал поездку в Киев, чтобы уговорить правительство расследовать дело Байденов. Но в СМИ просочились слухи о скором прибытии Джулиани, и мэр отменил свою поездку. Он пошел на канал «Фокс ньюс», чтобы очернить недругов. Зеленский, предупредил он, может быть «буквально окружен врагами нашего президента». Был один человек — советник Зеленского, — которого Джулиани выделил особо. «Я назову вам его имя, — он поднял руку, чтобы убедиться, что привлек внимание аудитории. — Это некий господин Лещенко».

Не нужно было обладать журналистcким опытом Лещенко, чтобы понять, что из-за этой телепередачи он мгновенно лишился возможности получить перспективную должность в администрации Зеленского. Внутренний круг Зеленского был совершенно откровенен с ним. По словам Лещенко, «они сказали мне: „Чтобы новый президент начал свою работу с назначения человека, которого называет врагом американского президента адвокат американского президента, — так дело не пойдет"».

Еще до вступления в должность Зеленский демонстрировал огромную неуверенность в том, какие отношения будут у него с администрацией Трампа. Он отчаянно хотел, чтобы вице-президент Майк Пенс (Mike Pence) посетил церемонию его инаугурации, потому что Джо Байден (Joe Biden) оказал подобную честь его предшественнику. Трамп не дал этому желанию осуществиться, отправив вместо этого министра энергетики Рика Перри (Rick Perry). Зеленский продолжал надеяться на встречу с глазу на глаз, чтобы наладить отношения с Трампом. Он полагал, что благодаря своему личному обаянию сможет заставить Трампа сменить его отрицательный настрой по отношению к Украине. Это породило замкнутый круг отчаяния, — и это помогает объяснить, почему Зеленский принял такой угодливый тон во время телефонного разговора с Трампом 25 июля, даже не подозревая, как широко разойдется его стенограмма. Как опытный актер, он, должно быть, знал, что ему нужно вжиться в образ подобострастного просителя («Вы для нас — великий учитель»). Зеленский позволил себе поверить, что встреча неизбежна, но тогда Белый дом выставил ему новые требования. Наконец, посланники Трампа попросили его лично объявить о начале нового расследования дела политического оппонента президента.

Большинство советников Зеленского понимали, как опасно идти на поводу у Трампа, но чувствовали себя загнанными в угол. В начале сентября Зеленский готовился пойти на программу Фарида Закарии (Fareed Zakaria) на канале Си-эн-эн (CNN), чтобы объявить о расследовании, которое потребовал начать. Ему удалось избежать этой участи лишь потому, что политическое давление и понимание того, что жалобы исходили от доносчика, вынудили Белый дом выделить ранее замороженную военную помощь Украине за два дня до запланированного появления Зеленского на телевидении.

В последние недели Зеленский разместил несколько видео на своем канале на «Ютубе» «ЗеПрезидент» (ZePresident). В одном из выпусков оператор сидит на пассажирском сиденье рядом с Зеленским, пока он разъезжает по Киеву в автомобиле «Тесла», ничего общего не имеющим с велосипедом, на котором он ездил на работу в «Слуге народа». В другом он что-то рассказывает, шагая по беговой дорожке. Это его версия «бесед у камина», в которых он рассуждает о своих успехах и неудачах. Он подшучивает над такими темами, как судебная реформа, пока заезжает в Макавто и делает заказ.

Он играет главную роль в реалити-шоу, которое сильно отличается от программы, идущей по каналу Дональда Трампа. Каждый день Трамп снимается в явно не приукрашенном стриме о самом себе. У «Шоу Зеленского», напротив, более высокие производственные ценности. Оно бывает слегка помпезным, но одновременно креативным и дерзким. Когда членов его политической партии обвинили в коррупции, Зеленский призвал их пройти тесты на детекторе лжи в прямом эфире «Фейсбука». Когда он выбирал пресс-секретаря, то объявил на эту вакансию открытый конкурс, в ходе которого 4 тысячи кандидатов проверили на чувство юмора и стрессоустойчивость.

Президент Украины Владимир Зеленский общается с журналистами в Киеве

Из всех его трюков главным шедевром была 14-часовая пресс-конференция в середине октября, которую его помощники назвали «марафоном», и которая прошла в модном киевском фуд-корте. Пока на первом этаже толпилась публика, он сидел за столом на балконе, встречая волну за волной репортеров. В середине марафона какой-то крикун из зала с распятием на шее прервал конференцию разглагольствованиями о том, как Джордж Сорос (George Soros) пропагандирует «проклятие разврата гомосексуализма». Вместо того, чтобы проигнорировать вмешательство или стараться угодить этому человеку, Зеленский встал и раздраженно рявкнул в ответ: «Что касается ЛГБТ: я не хочу говорить ничего негативного, потому что мы все живем в открытом обществе, где каждый может выбрать язык, на котором он говорит, свою этническую принадлежность и [сексуальную] ориентацию. Ради Бога, наконец, оставьте вы их в покое!» Об этом поступке следует судить по контексту. Зеленский родом из региона, где лидеры обычно не готовы выслушивать критику в свой адрес или отвечать на вопросы, и уж точно не ратуют за плюрализм.

После такой демонстрации открытости администрация Зеленского организовала интервью для моего сюжета. Но затем, когда демократы пошли на импичмент Трампа, сотрудники Зеленского вежливо взяли свои слова обратно. Несколько чиновников перенесли встречи, сославшись на атмосферу в Вашингтоне. На вопросы о Трампе президент отвечать отказался в духе черного юмора: «Я не хочу, чтобы казалось, будто я вмешиваюсь в выборы в США». (В итоге, когда его помощники узнали, что я беседовал с Коломойским, они отклонили мою просьбу об интервью с президентом.)

Когда Зеленский баллотировался на пост президента, он пообещал, что будет противостоять олигархической системе Украины и положит конец войне страны с Россией. Он дал эти обеты, несмотря на свою неопытность и слабость украинского государства. Что касается первой цели, борьба сразу со всеми этими могущественными врагами практически невозможна без поддержки Соединенных Штатов. В распоряжении олигархов находятся частные армии и легионы политиков. Без поощрения борьбы со стороны посольства США вновь повышается терпимость к старым схемам; дружественные олигархи уходят от ответственности, в то время как враждебных олигархов наказывают — признаки кумовства, которое вряд ли может разрушить клептократию.

Что до второй цели, Зеленский будет вести переговоры об условиях мира с Владимиром Путиным под давлением со стороны европейцев, которые требуют от него быстро решить вопрос. Существует большая вероятность, что Россия будет использовать истечение срока действия контракта на поставку природного газа, чтобы в разгар зимы наказать Украину, лишив её энергии. Пока Россия пытается ослабить своих соседей, ни одна великая держава не встанет плечом к плечу с Зеленским, чтобы дать отпор Путину. Президент Соединенных Штатов так пренебрежительно относится к Украине («Все они ужасные люди», — заявил он, по слухам, в Овальном кабинете в мае прошлого года), что это не назовешь иначе как нетерпимостью. Это еще один случай, когда Трамп поддерживает интересы России, — возможно, эта поддержка будет иметь очень важные последствия, поскольку Путин считает подчинение Украины первостепенной целью своей внешней политики.

Владимир Зеленский — президент, который, по большому счету, хочет продвинуть свою страну к более демократическому будущему. Еще недавно отношения между настроенным на реформы украинским президентом и его американским коллегой однозначно стали бы конструктивными. Это обеспечили бы общая озабоченность российской агрессией и общая привязанность к основанному на правилах демократическому порядку. Но сегодня во главе Соединенных Штатов стоит человек с набором ценностей, отличным от его предшественников, и эти ценности, возможно, заставили его оказывать давление на иностранного лидера, которого при других обстоятельствах считали бы другом.

В конце первого сезона «Слуги народа» вымышленный президент оправдывает дилетантское начало своего пребывания на посту, разоблачая коррупцию своих врагов в прямом эфире. Это вымышленное мгновение вдохновения и лидерства, не имеющее отношения к политической реальности. Реальную версию президентства Зеленского не спасут театральные эффекты, это попросту невозможно. Ловкие трюки и харизматичный образ могут помочь победить на выборах, но они не могут спасти президентский срок. Покинутый международными союзниками и ослабленный врагом у своих границ, украинский обыватель остается в одиночестве.

Вероника Мелкозерова оказала содействие в написании данной статьи.

Франклин Фоер — журналист издания «Атлантик», автор книг «Мир без разума» (World Without Mind) и «Как мир объясняет футбол: неправдоподобная теория глобализации» (How Soccer Explains the World: An Unlikely Theory).

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.


Источник