Al Mayadeen (Ливан): средиземноморский газ подожжет регион?

6 декабря 2019 г. 13:47:40

Если бы не поддержка Каддафи, Турция не смогла бы установить контроль над Кипром и не стала бы сегодня главным участником всех «газовых уравнений» в Восточном Средиземноморье. На этот раз газовое противостояние разгорелось не на шутку, пишет автор. Может пострадать весь регион, включая Израиль.

Хосни Махали (حسني محلي)

Вконце прошлого месяца Турция подписала важные соглашения с двумя странами ближневосточного региона, одна из которых является ее идеологическим союзником — это Катар, а другая обеспечивает стратегическое влияние в Северной Африке — речь идет о Ливии, в которой сегодня идет ожесточенная война между двумя группами. На стороне одной из них выступают Анкара и Доха, на другой — Каир, Эр-Рияд и Абу-Даби.

Если игнорировать идеологический, военный и финансовый аспекты связей между Анкарой, Триполи и Дохой, то природный газ является общим знаменателем в отношениях Эрдогана с двумя богатыми нефтью странами.

Катар является третьей страной в мире по объемам запасов газа после Ирана и России, в то время как Ливия — восьмая в списке. Доказанные запасы газа в мире оцениваются в 200 триллионов кубометров газа, около 80 триллионов из которых расположены в ближневосточном регионе.

Авторы многих американских и европейских исследований оценивают запасы газа в восточной части Средиземноморья, то есть в Египте, Палестине (Газе), Израиле, Ливане, Сирии и на Кипре, примерно в 50 триллионов кубометров. Этот газ был и остается причиной серьёзных и запутанных конфликтов — все их участники, включая Анкару, имеют политические, военные и стратегические разногласия друг с другом.

Как неоднократно заявляла турецкая сторона, она не признает соглашений, которые Кипр подписал с Египтом, Израилем и Ливаном в отношении демаркации морских границ и разделения экономических зон. Кроме того, Анкара угрожала компаниям, подписавшим соглашения с вышеупомянутыми странами в области разведки, добычи и экспорта газа.

Меморандум Анкары о взаимопонимании с ливийским правительством (оно контролирует лишь около 8% территории страны) касательно делимитации морских границ между Турцией и Ливией в Средиземном море спровоцировал новые дискуссии в регионе. Ранее турки обвинили киприотов-греков и Грецию в установлении контроля над обширными территориями в море за счет Египта, Ливана, Израиля и Сирии. После этого генерал Халифа Хафтар призвал Совет Безопасности вмешаться и принять меры против Турции, а министр иностранных дел Абд аль-Хади аль-Хувейж обратился к израильским СМИ и выразил готовность своей страны сотрудничать с Тель-Авивом против Анкары.

Что касается Афин, то они сочли соглашение противоречащим международному праву и провокационным актом, поскольку регион, который Турция рассматривает как часть своей территории, включает часть территориальных вод и континентальный шельф греческих островов, самым важным из которых является Крит. Предполагалось, что на остров проведут трубопровод, который будет транспортировать кипрский газ в Грецию и оттуда в Италию.

Ранее Анкара в одностороннем порядке опубликовала карту, где обозначены ее морские границы в Средиземном море, что способствовало ещё большему обострению конфликта, имеющего политические и исторические причины.

В июне 1974 года Турция вмешалась в ситуацию на Кипре под предлогом государственного переворота, совершенного против президента Макариоса, и заявила, что он угрожает киприотам-туркам острова, треть которого тогда контролировала турецкая армия. Анкара отвергла все соглашения, подписанные киприотами-греками, так как они не представляют весь остров, и отправила четыре военных корабля и самолеты на периферию острова для разведки и добычи газа.

Вашингтон, чьи отношения с Анкарой переживают сегодня трудные времена из-за соглашения о покупке российской системы С-400, осудил турецкую позицию и назвал ее провокационной, в то время как Европейский союз ввел против страны ряд экономических, финансовых и политических санкций, поскольку Кипр является членом объединения.

Сотрудничество Кипра с Израилем и Грецией, с одной стороны, и Египтом — с другой, является еще одной причиной столь негативной реакции Анкары, которая рассматривает эти политические и военные события как угрозу своей национальной безопасности.

Именно это, наряду с некоторыми другими факторами, проливает свет на стратегические отношения между Москвой и Анкарой, оказывающие как негативное, так и позитивное влияние на ситуацию в Сирии.

Еще до ухудшения израильско-турецких отношений Анкара предпринимала активные усилия, чтобы убедить израильтян продлить трубопровод, транспортирующий израильский и кипрский газ в Турцию в обмен на строительство турецкого трубопровода, по которому пресная вода будет поступать через Турецкую Республику Северного Кипра в Израиль.

К сожалению, вышеупомянутый проект провалился из-за ухудшения турецко-израильских отношений, как и переговоры по объединению Кипра. Таким образом, если бы этот проект был реализован, то Анкара смогла бы достичь своих стратегических целей через Кипр в соответствии с Договором о гарантиях независимости Кипра 1960 года, согласно которому странами-гарантами независимости выступали Греция, Турция и Великобритания. К слову, последняя даже имеет две военные базы на Кипре.

Государство Израиль, а до его появления и сами евреи, с момента образования Османского государства имели большие амбиции в отношении острова Кипр, так как он представлял собой единственный морской путь, через который евреи могли покинуть арабские земли.

Последующие события привели к появлению новых проблем в регионе, так как между Анкарой и братьями-мусульманами в Египте разгорелся конфликт на почве идеологических разногласий. Важно отметить, что Египет — это стратегически важная страна для Турции в плане поставок природного газа из-за географической близости страны к Кипру, Греции и Сектору Газа, который также может похвастаться богатыми запасами природного газа.

Если сложить все это вместе, то выходит, что национальные, региональные и международные расчеты в отношении газа довольно сложны и имеют большое значение для всех заинтересованных сторон. Еще одна вещь, которая захватила умы жителей Восточного Средиземноморья — это нефть. Как показывает развитие событий, она была и остается причиной всех проблем арабского региона.

Вместе с тем, непрекращающаяся война в Сирии, а также региональные и международные последствия сирийского конфликта, включая военное присутствие России и возросшая роль Турции, которая беспрепятственно откладывает принятие решения по урегулированию «газового кризиса», вынудили Бейрут подписать соглашение с российской газовой компанией «НОВАТЭК», которая в консорциуме с французской Тотал (Total) и итальянской Эни (Eni) выиграла тендер на разведку нефти и газа на двух нефтегазовых блоках в Ливане. К слову, часть нефтегазовых месторождений находится в спорных с Тель-Авивом водах.

Необходимо отметить, что Америка продолжает свои посреднические усилия в лице Дэвида Саттерфилда, который в настоящее время является послом США в Анкаре. Согласно оценке экспертов, запасы природного газа в Ливане составляют около 11 триллионов кубометров, которых достаточно для решения всех существующих проблем ближневосточной страны.

Генеральный секретарь «Хезболлы» Хасан Насралла зимой прошлого года рассказал о битве за газ в регионе, заявив: «Мы можем нарушить работу израильских автозаправочных станций в Средиземном море, если Высший совет обороны Ливана примет такое решение». В ответ на заявление Насраллы, Тель-Авив объявил, что он разработал систему противоракетной обороны «Праща Давида», которая способна отразить любую атаку на газодобывающие платформы со стороны «Хезболлы».

Таким образом, неоднозначная ситуация в нефтегазовой сфере оказывает непосредственное влияние на заинтересованные стороны, включая Европу, США, Россию и, конечно, Турцию. Турецкий лидер Реджеп Тайип Эрдоган мечтает о воссоздании Османской империи, которая в свое время управляла всем миром, но в конечном итоге потеряла все нефтегазовые регионы. Кроме того, Эрдоган считает себя наследником османских султанов, что объясняет все предпринятые им действия в Сирии, Ливии и на Ближнем Востоке в целом с начала «арабской весны».

Напомним, Эрдоган выступал против американского и европейского военного вмешательства в Ливию, которое состоялось 28 февраля 2011 года, но уже 21 марта изменил свою позицию. Это произошло ровно через год после саммита ЛАГ в Сирте, в котором он принял участие по приглашению ливийского лидера Муаммара Каддафи. К слову, если бы не поддержка, которую Каддафи оказал Эджевиту и Эрбакану, Турция, вероятно, не смогла бы установить контроль над Кипром в 1974 году и заполучить главенствующую роль во всех «газовых уравнениях» в Восточном Средиземноморье.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.


Источник