Иран выбирает оппонента Трампу

21 апреля 2017 г. 17:12:32

Перед майскими выборами нового президента Ирана определился фаворит. Это, по мнению Запада, не действующий президент Хасан Роухани и не вычеркнутый аятоллой из числа кандидатов экс-президент Махмуд Ахмадинежад. Консерватор Эбрахим Раиси, которому прочат победу, не доверяет ни Западу, ни России – и таково, по мнению экспертов, общее мнение иранской элиты.

В выборах президента Ирана, которые состоятся в мае, участвуют шесть кандидатов. В их числе – действующий президент исламской республики Хасан Роухани. Но, судя по оценке СМИ, в том числе The Financial Times, фаворитом гонки является не умеренный реформатор Роухани. Предпочтения отдаются консерватору Эбрахиму Раиси, на которого сделали ставку силовики, в том числе «Корпус стражей исламской революции» (КСИР).

«Эбрахим Раиси говорит: «Русские не исполнят, что обещают, а Запад точно обманет»

При этом другой известный ультраконсерватор, экс-президент Махмуд Ахмадинежад, хотевший вновь посоревноваться за президентское кресло, вообще не был допущен к выборам. Ранее стало известно, что верховный лидер Ирана, аятолла Али Хаменеи, не рекомендовал Ахмадинежаду идти на выборы.

Президентская гонка по-ирански

Поясним, что президент Ирана не является главой государства, однако он и не номинальная фигура, подобно президентам в некоторых парламентских республиках. Президент исламской республики фактически исполняет функции премьер-министра (должности главы правительства в Иране нет), он координирует текущую политику. Но верховная власть принадлежит высшему руководителю (рахбару), духовному лицу. В настоящий момент это аятолла Али Хаменеи, преемник основателя исламской республики аятоллы Хомейни. Высший руководитель, кроме всего прочего – верховный главнокомандующий, которому напрямую подчиняется КСИР.

Позиция высшего руководителя хоть и политическая, «но в очень большой степени это скорее верховный арбитр, который соблюдает правила игры в некоторых высших интересах, чем непосредственно критический игрок», пояснил газете ВЗГЛЯД руководитель Института прикладного востоковедения и африканистики Саид Гафуров.

Процедура выборов президента также отличается от принятой в большинстве стран мира. Штаб по проведению выборов при МВД Ирана регистрирует желающих участвовать в выборах. Это в данном случае произошло на прошлой неделе, когда штаб в течение пяти дней регистрировал потенциальных кандидатов; в список вошло 1636 человек – 1499 мужчин и 137 женщин.

Далее Наблюдательный совет, в который входят исламские правоведы и представители высшего шиитского духовенства, рассматривает каждую из этих кандидатур и выбирает наиболее достойных. Махмуд Ахмадинежад, подавший заявку на равных, в это число не вошел.

Выбор между рапирой и дубиной

Али Хаменеи «очень косвенно оказывает влияние», в том числе и на выборы, поясняет Саид Гафуров. «Цель его – нахождение компромисса между политическими силами, а не победа кого-то», – добавил собеседник.

«Гарантии в Иране на выборах победы конкретного человека не бывает, интрига всегда идет до самого конца», – указал в комментарии газете ВЗГЛЯД президент Института Ближнего Востока Евгений Сатановский.

Но к нынешним выборам аятолла проявляет весьма активный интерес. И, похоже, на сей раз арбитр демонстрирует симпатии и антипатии. В марте западные СМИ отмечали, что Хаменеи с приближением выборов все больше критикует умеренного президента Роухани.

В упрек действующему президенту ставилось то, что после ядерной сделки 2015 года экономика Ирана так и не испытала ожидаемый рост. Аятолла Хаменеи хотя и одобрил сделку с «шестеркой», возглавляемой Бараком Обамой, но выражал опасения в отношении любого шага к сближению с США, называя американцев «двуличными и злобными». То, что «открытие Ирана миру» не привело к серьезному росту инвестиций, было использовано для критики консерваторами – оппонентами Роухани.

Позиции «соавтора» ядерной сделки Роухани были подорваны и после избрания Дональда Трампа. Новый президент США намерен разорвать соглашение, заключенное Обамой с Ираном, и демонстративно ужесточает политику Вашингтона в отношении Тегерана. Это подтверждает вывод Хаменеи о «двуличных и злобных американцах».

«Роухани сделал ставку на Запад, она частично сыграла, частично нет, – отметил Саид Гафуров. – Но скорее люди там недовольны, говорят: мы слишком сильно «подвинулись». Хотя сирийские события показали, что не слишком сильно».

Но аятолла не сделал ставку и на ультраконсерватора Ахмадинежада. Как отмечали эксперты, жесткое противостояние с Западом, которое вел Ахмадинежад, будучи президентом, не тождественно собственно позиции «режима иранских аятолл». Как ранее пояснял Евгений Сатановский, приход в 2013 году умеренного Роухани на смену радикалу Ахмадинежаду на деле указывал именно на это: «Старый религиозный истеблишмент сдавил брутальное светское крыло КСИР, которое предпочитало действовать не рапирой, а дубиной и много чего напортило». А перед нынешними выборами с Ахмадинежадом «вообще не очень корректно поступают, потому что считают, что он слишком неприемлем для кое-кого, для некоторых западных партнеров, и если он придет, то начнется война», считает Саид Гафуров.

Выразитель общего мнения

Эбрахим Раиси (которого Запад называет фаворитом гонки) – ставленник консервативного духовенства, поясняет Сатановский. Одновременно, как было сказано выше, у него хорошие отношения со «стражами революции». Это большой плюс для этого кандидата.

Что касается внешнеполитических воззрений Раиси, то он лишен симпатий к Западу и настороженно относится к России. «Он говорит: «Русские не исполнят, что обещают, а Запад точно обманет», – указал Гафуров. – Эта позиция в Иране общая». Эбрахим Раиси выражает общеконсервативную точку зрения. А все претенденты, включая Раиси – консервативного направления, отмечает Евгений Сатановский. «Умеренные, неумеренные – это уже второй вопрос. Но на сегодняшний момент только консерваторы имеют шансы пройти на высшие посты в Иране», – указал собеседник.

Победа Раиси над соперниками-консерваторами вовсе не предопределена. По мнению Саида Гафурова, какие-то опросы, где Раиси назвали фаворитом, возможно, и проводят, но они могут быть «частью политических технологий». Кроме того, в дело вмешивается не совсем политический фактор.

Болезнь как главная интрига

«Мнение высшего руководителя Хаменеи, конечно, важно. Но Хаменеи сейчас чрезвычайно плох», – отмечает Сатановский.

Госпитализация иранского лидера в марте 2015 года уже была поводом для спекуляций. Уже тогда обсуждался вопрос о возможном преемнике рахбара и о том, будет ли он консерватором или реформистом. Если Хаменеи уйдет, то Раиси будет одним из главных претендентов на пост рахбара, а не президента, указывает Евгений Сатановский. «Все может поменяться. Там не линейная интрига», – отмечает собеседник.

Хаменеи настоятельно советовал Ахмадинежаду не выдвигать свою кандидатуру на выборы, однако тот ослушался, констатирует Сатановский. «Видимо, опять-таки возбужденный тем, что рахбар, если все соответствует слухам, чрезвычайно плох», – не исключил Сатановский. Однако Наблюдательному совету нецелесообразно раскалывать иранскую элиту. «Она и так расколота», – резюмировал эксперт.


Источник





comments powered by HyperComments