]


Белоруссия объявила о контрсанкциях. Что дальше?

5 апреля 2021 г. 13:56:56

Белоруссия долгое время стремилась не ввязываться в санкционные войны, которые разворачивались вокруг нее. Официальный Минск лишь формально реагировал на вводимые в отношении республики ограничения со стороны Евросоюза и США, параллельно вполне официально зарабатывая на разрастающихся противоречиях между Россией и Западом. Белорусские власти всегда подчеркивали контрпродуктивность любых санкций, прекрасно понимая, что экономика республики не выдержит разрыва наработанных ранее торговых связей. Нынешний виток санкционной войны в отношении Белоруссии также мог пойти по сценарию прошлых лет, однако в Минске в этот раз решили действовать по-другому.

Известно, что после президентских выборов страны Запада не только не признали их итоги и отказались считать Александра Лукашенко легитимным главой государства, но и в очередной раз решили использовать механизм санкций для давления на официальный Минск. Страны Евросоюза, как по отдельности, так и вместе, начали вводить персональные ограничения в отношении белорусских чиновников, которых считают причастными к фальсификации выборов и насилию над мирными демонстрантами. Однако вплоть до декабря 2020 года никаких реальных санкций, которые могли бы повлиять на экономическое состояние Белоруссии, со стороны ЕС или США введено не было. Все попытки бежавшей из республики экс-кандидата в президенты Светланы Тихановской и ее окружения заставить международное сообщество пойти на решительные шаги так и не увенчались успехом. Белоруссию не отключили от системы SWIFT, держатели евробондов не стали от них отказываться, партнеры белорусских нефтеперерабатывающих заводов и «Беларуськалия» не прекратили с ними сотрудничество, а ЕС как торговал с Белоруссией, так и продолжил это делать. Единственным результатом прошлого года можно считать заморозку программы европейских грантов для правительства Белоруссии и окончательную приостановку обсуждения кредитования белорусской экономики со стороны международных финансовых структур. Правда, как отмечают в Минске, к такой ситуации в стране привыкли, и если денег нет на Западе, то их можно найти в России, Китае или иных источниках.

Не стало катастрофой для Белоруссии и включение в третий пакет санкций ЕС, который был принят в декабре прошлого года, некоторых белорусских предприятий. В частности, в список попали компании структуры военно-промышленного комплекса ОАО «140 ремонтный завод», ОАО «Агат — электромеханический завод», ОАО «Минский завод колесных тягачей» (VOLAT) и ЗАО «Белтехэкспорт». Кроме того, санкции коснулись ГУ «Главное хозяйственное управление» Управления делами президента Белоруссии, международной IT-компании ООО «Синезис» и крупного застройщика и девелопера на рынке недвижимости Dana Holdings / Dana Astra, бенефициарами которого являются небезызвестные братья Боголюб и Драгомир Каричи. Все эти предприятия, за исключением «Синзис» и Dana Holdings, практически не представлены на западных рынках, а вопрос с комплектующими для их продукции решается за счет фирм-посредников.

Попали под санкции и два крупных белорусских бизнесмена, которых на Западе с подачи оппозиции называют «кошельками Лукашенко». Речь идет об Александре Шакутине, руководящем холдингом «Амкодор», в структуру которого входит более 30 предприятий, а также Николае Воробье, которому принадлежит Абсолютбанк, нефтетрейдер «Интерсервис», экспедиторская компания «БелКазТранс» и т. д. Европейские санкционные списки могли в очередной раз остаться практически незамеченными в Минске, так как их реальное воздействие на экономику страны по-прежнему незначительно. Однако в сложившейся политической обстановке вокруг и внутри Белоруссии власти республики решили изменить тактику и продемонстрировать своим западным партнерам, что они тоже умеют давать сдачи.

Первыми под реальные ответные действия Белоруссии попали страны Прибалтики. Еще в сентябре 2020 года в МИД Белоруссии заявили, что вводят симметричные ограничительные меры в отношении Латвии, Литвы и Эстонии. В декабре пресс-секретарь белорусского внешнеполитического ведомства сообщил о мерах, подготовленных в ответ на третий пакет ЕС, а глава МИДа Владимир Макей упомянул как минимум о трех направлениях мер со стороны Минска, которые «будут действительно очень чувствительными и серьезными». Позже Александр Лукашенко и вовсе заявил, что готов ударить по иностранным фирмам, которые работают в Белоруссии.

«Они (страны, которые ввели санкции) должны понимать. У нас хорошо с ними — хорошо этим предприятиям, если они сделали шаги в неправильном направлении и начинают нас наклонять, мы должны симметрично ответить», — сказал он, добавив, что «не надо бояться, надо уже начать показывать им зубы!».

Как оказалось позже, практическая реализации угроз коснулась только Литвы. Вильнюс в своем стремлении демонстрировать приверженность политике ЕС и рекомендациям из США одним из первых ввел национальные санкции в отношении белорусских чиновников и силовиков и официально заявил о поддержке оппозиции. Именно в литовскую столицу бежали противники Лукашенко, которые оттуда продолжают борьбу с белорусским лидером. Официальный Минск долго терпел подобное к себе отношение, пока не решил показать прибалтам, что они «зажрались». Итогом стал перенос части белорусского транзита нефтепродуктов из литовских портов в морские гавани России. 15 декабря 2020 года «Белорусская нефтяная компания» временно приостановила экспорт топлива через терминал компании Klaipedos nafta и не продлила истекший трехлетний контракт с литовским железнодорожным перевозчиком LTG Cargo. В феврале между Минском и Москвой был подписан договор о перевалке некоторых белорусских нефтепродуктов через российские порты, а уже в марте первая партия продукции из Белоруссии прибыла в порт Усть-Луги.

Вместе с тем, как показали дальнейшие события, «наказание» Литвы оказалось неоднозначным. Стало понятно, что Белоруссия не планирует полностью отказываться от литовского транзита. Например, в январе с литовской транспортной компанией была достигнута договоренность о транспортировке 60−70 тыс. тонн темных нефтепродуктов в порт Клайпеды. Одновременно в «Беларуськалии» заявили, что не видят оснований менять свою логистику, так как российские порты не готовы к приему их продукции. Более того, белорусский производитель имеет в Клайпеде 30% терминала Birių krovinių terminalas (BKT), а Белорусская калийная компания ранее выкупила портового агента Fertimara и терять вложенные в инфраструктуру литовских портов деньги никто не планирует. Дополнительным подтверждением того, что в Минске и не планировали прекращать работу с литовскими партнерами, стала прошедшая 26 марта встреча руководителей железных дорог двух стран, на которой не только обсуждалось «совершенствование работы по пропуску транзитных грузов в направлении Калининградской области, ускорению продвижения контейнерных поездов через пограничные переходы», но и было подписано соглашение о сотрудничестве, которое предполагает ускорение грузовых перевозок. Таким образом, очевидно, что пока в Белоруссии никто не собирается закрывать прибалтийский транзит, а значит, и полномасштабные санкции в отношении Литвы в обозримом будущем маловероятны.

30 марта появился указ Лукашенко «О применении специальных мер», принятый «в целях обеспечения безопасности и защиты национальных интересов». Согласно документу, предусматривается «введение запрета на ввоз в страну отдельных категорий товаров, а также на импорт работ (услуг), выполняемых юридическими и физическими лицами государств, принявших специальные меры (санкции) в отношении белорусских юридических или физических лиц». При этом конкретный перечень товаров и услуг, а также иностранных юридических и физических лиц («при необходимости») пока остается неизвестен и будет устанавливаться Советом министров.

Позже премьер-министр Белоруссии Роман Головченко отметил, что правительство планирует действовать «точечно». Однако и он не смог сказать, против кого планируется вводить санкции, еще больше запутав ситуацию.

«Кто войдет в этот список, определит правительство. Мы в этом плане будем гораздо более чистоплотными. К сожалению, западные партнеры так называемые применяют санкции в виде дубинки, которой машут налево и направо, не разбираясь, кто под нее попадает, и оказывая тем самым давление на страну. Мы будем действовать очень точечно. Указ будет применяться только в отношении тех фирм и компаний, которые применяют недружественные акции в отношении Белоруссии», — отметил он.

Подобная неопределенность, как считают эксперты, свидетельствует о том, что в Белоруссии все еще не готовы и не хотят вступать в полномасштабную санкционную войну с Западом. Поэтому указ о контрсанкциях является скорее символическим шагом, призванным сохранить лицо официального Минска на международной арене, но не нарушить сложившиеся на сегодня торгово-экономические связи. Подтверждается это и текстом самого документа, где говорится, что ограничения не затронут транзит товаров через территорию республики.

«Запреты… не распространяются на транзит товаров через территорию Белоруссии, осуществляемый транспортными средствами международной перевозки, а также на иные обязательства Белоруссии в связи с функциями международного транзита и посредничества», — сказано в указе.

В сложившейся ситуации возникает закономерный вопрос: в отношении кого в реальности могут быть введены белорусские санкции? И ответ здесь совсем неочевиден.

Например, ссориться с США официальному Минску абсолютно не резонно, так как пока санкции Соединенных Штатов также выглядят символически. Даже объявленное 31 марта возможное возобновление ограничений в отношении девяти белорусских предприятий нефтехимического комплекса при правильной реакции официального Минска не станут для республики катастрофой. Если белорусские власти решатся на открытую конфронтацию, последствия для страны могут быть куда более серьезными. Дело здесь не только в прямых потерях Белоруссии, у которой в последние годы товарооборот с США достигал $ 700 млн. Вашингтон вполне может начать давить как на американские компании, так и на их партнеров в ЕС, которые прямо или косвенно будут связаны с покупкой белорусских нефтепродуктов. Это, в свою очередь, может нанести непоправимый ущерб экономике Белоруссии, допустить чего в Минске не могут. Неслучайно и реакция белорусских властей на решение США возобновить санкции была более чем сдержанной.

Вопрос ограничений в отношении ближайших соседей Белоруссии также неоднозначный. В данном случае речь может идти об ответных действиях в отношении как стран ЕС, так и Украины. Последняя, как известно, в феврале — марте осуществила ряд недружественных шагов в отношении белорусского бизнеса. В частности, у близкого к президенту Белоруссии предпринимателя Николая Воробья фактически были отобраны нефтепроводы, принадлежащие контролируемой им компании «ПрикарпатЗападтранс». 23 марта президент Украины Владимир Зеленский ввел в действие решение Совета национальной безопасности о санкциях в отношении 82 компаний, 23 граждан РФ и трех депутатов Европарламента от Франции. В список попали и белорусские компании «Лайф групп» и «Экми косметикс групп», которые, по сути, просто выдавливаются с украинского рынка посредством административного ресурса. В то же время все это кардинальным образом не влияет на экономические отношения Белоруссии с Украиной, которая остается для Минска одним из важнейших торговых партнеров. Поэтому и введение санкций в отношении Киева белорусскими властями сегодня также маловероятно, а в случае их появления они вряд ли затронут существенные стороны двустороннего сотрудничества.

Санкции в отношении Варшавы, которую сегодня белорусские власти обозначили как главного инициатора протестов в республике, тоже под большим вопросом. Достаточно вспомнить, что Польша находится в пятерке стран, с которыми товарооборот Белоруссии превышает $ 1 млрд, а торговое сальдо остается положительным. Польша является одним из важнейших рынков сбыта для белорусской лесной продукции и занимала в прошлом году первое место в Европе по потреблению калийных удобрений из Белоруссии. Поэтому говорить сегодня о реальном санкционном противостоянии Минска и Варшавы преждевременно. Тем более что и Польша пока не идет на радикальные шаги в отношении Белоруссии, организуя лишь политическое и идеологическое давление на Лукашенко.

Остальные же страны ЕС если и представлены в Белоруссии, то лишь точечно и в большинстве случаев тесно связаны с экономикой республики. Введение Минском против них ограничений повлечет за собой крайне негативные последствия и для бюджета страны, что прекрасно понимают в белорусской столице. Например, сложно представить санкции в отношении группы Raiffeisen Bank International, которой принадлежит один из крупнейших частных банков в Белоруссии — «Приорбанк». Или против успешных компаний из Австрии — Kronospan Holding, Литвы — VMG и SBA Furniture group или швейцарской Stadler, которых в свое время ставил всем в пример сам Александр Лукашенко. И подобных примеров можно привести немало, что только сужает круг стран или компаний, в отношении которых Белоруссия действительно может решиться ввести санкции. Кроме того, нельзя забывать, что многие из иностранных компаний поставляют свою продукцию в республику из России, ввести ограничения против которой Минск не может себе позволить даже в самом страшном сне.

В сложившейся ситуации говорить о продуктивности и полноте возможных белорусских санкций в отношении иностранных компаний или даже стран сегодня преждевременно. Минск попросту не может идти на открытую и серьезную конфронтацию с Западом, так как это способно привести страну к экономической катастрофе и сделать ее еще более зависимой от России. Последнего белорусское руководство вполне официально стремится избегать уже не один десяток лет и вряд ли даже в сегодняшней обстановке готово изменить свою политику.

Наталья Григорьева


Источник