]


Родина как дочь. Об эсхатологической трилогии Виталия Аверьянова

Алексей Комогорцев

17 июля 2021 г. 16:08:26

«Кто имеет уши слышать, да слышит!..» (Марк 4:9).

Хотим мы того, или нет, но нам довелось жить в удивительное и страшное время репетиции известного сюжета из Откровения св. Иоанна Богослова: «никому нельзя будет ни покупать, ни продавать, кроме того, кто имеет это начертание, или имя зверя, или число имени его» (Откр 13:17). Некоторый (прямо скажем – осторожный) оптимизм внушает то обстоятельство, что на современной политической арене пока еще отсутствует главное действующее лицо этого эсхатологического сценария – человек, который попытается занять место Христа и, одновременно, будет претендовать на царское, а значит вполне публичное, т.е. открытое управление миром. Тот, кого в христианской традиции принято именовать антихристом.

Тем не менее, на наших глазах и с нашим непосредственным участием, под предлогом борьбы с эпидемией КОВИД-19, очевидным образом разворачивается небывалая по своим масштабам компания по обкатке основных технологических этапов, предшествующих процедуре наложения «печати зверя». Включая подготовку к такого рода «добровольным, но обязательным» мероприятиям необходимой социальной инфраструктуры и психологическую обработку населения в масштабах всей планеты.

В наиболее концентрированной, а, главное, наглядной форме тревожные события последнего времени, а также, связанные с ними, опасения и интуиции выплеснулись в мае-июне 2021 года в виде трех музыкальных видеоклипов поэта, философа, писателя, культуролога и публициста Виталия Аверьянова:

«За Хлебникова»,

«Вакцина от смерти» и

«Победишь».

Важно, что автор означенных видеоклипов предстает перед нами не только в качестве поэта и музыканта, но и в качестве лица, осведомленного в отношении тех процессов, которые складывают облик современной политической реальности. В последней ипостаси автор является одним из учредителей Изборского клуба и руководителем Института динамического консерватизма (своего рода экспертно-аналитической артели XXI века). Подобное сочетание вызывает недвусмысленные аналогии с традицией ирландских филидов, выступавших одновременно в качестве глубоких знатоков летописной истории, законов и мифологии, а также поэтов, певцов, сатириков, предсказателей и колдунов. Иными словами, в роли социально-метафизических регуляторов своего времени. В этом смысле далеко не случайно, что сам автор относит свои песни к жанру герметичного, или метафизического шансона. В эту «строку» вполне укладывается замечание публициста Владимира Можегова относительно видеоклипа «Вакцина от смерти»: «Написанная в 2018, в сегодняшних пандемийных 2020-21, с их активизирующейся на глазах программой инферно, баллада воспринимается едва ли не пророческой, и может многих заставить задуматься»[1].

Нам в свою очередь хотелось бы заострить внимание на скрытую в третьей части музыкальной видеотрилогии (баллада «Победишь», текст которой был написан еще в 2005 году) чрезвычайно важную мысль автора о возможности преодоления этого самого, казалось бы, торжествующего в наши дни исторического инферно, предсказанного в классической антиутопии Ивана Ефремова «Час быка» (1970).

При этом совершенного отдельного рассмотрения заслуживает, зафиксированная в балладе, радикальная трансформация образа «Родины-матери» в образ «Родины-дочери» («Русь нам будет как дочь»). По меньшей мере подобная трансформация свидетельствует о кардинальном преображении метафизического и социального статуса героя (превращение из сына в отца), перемещающем фокус восприятия текущей ситуации из матрилокальной в сугубо патрилокальную оптику, подразумевающую ответственность за Родину с позиции Старшего, т.е. Отца…

Для того, чтобы надлежащим образом «разгерметизировать», упакованную в поэтическую оболочку мысль автора, необходимо отдать себе отчет в том, что сейчас мы имеем дело далеко не с первой, и, скорее всего, не последней в истории попыткой установления системы тотального контроля за отдельным человеком и обществом в целом. Последняя и наиболее угрожающая ее вариация была благополучно пресечена усилиями Красной армии и всего советского народа 9 мая 1945 года. Ценой колоссальных потерь и усилий.

Именно в Третьем рейхе при технической поддержке США закладывался фундамент современной международной системы, в которой индивидуальный номер становился неотъемлемой частью идентификации человека. И это касалось не только заключенных концентрационных лагерей, но и всего населения нацистской Германии.

Именно нацистская Германия была главным клиентом IBM за пределами США, руководство которой поставило себе задачу разработать систему идентификации населения, в т.ч. по национальному признаку. В частности, это относилось к евреям, в т.ч. тем, которые считали себя немцами, французами и пр. Для реализации этой грандиозной задачи было необходимо не просто провести перепись населения, а осуществить расовую идентификацию – задача довольно нетривиальная по меркам того времени. Технология такой специфической переписи принадлежала исключительно IBM, т.к. компания контролировала около 90 % мирового рынка электронно-вычислительных машин и в 1928 году уже использовала подобные системы для изучения смешения рас на Ямайке[1].

Автор книги «IBM и Холокост. Стратегический альянс между нацистской Германией и крупнейшей американской корпорацией» Эдвин Блэк констатирует, что уже в 1933 году жизнь населения, в т.ч. евреев, «была поставлена на перфокарту». Основой для национальной идентификации служила специально составленная анкета, которая с помощью невинных на первый взгляд вопросов, в процессе последующей обработки, была призвана выявить евреев среди прочего населения. И не только тех, которые открыто признавали себя евреями, но и скрывавших свои корни – крестившихся, изменявших свою фамилию, связывая себя брачными узами с представителями других национальностей. С помощью машин методом перекрестного анализа выявлялись даже те евреи, которые тщательно скрывали свое происхождение на протяжении нескольких поколений. Благодаря такой переписи, в Германии было установлено около 600 тысяч евреев, включая тех, кто считал себя стопроцентным немцем, хотя в их жилах текла еврейская кровь бабушек или прабабушек: «Перепись выявила уровень проникновения этих загрязняющих арийскую расу элементов в германскую культуру, торговлю, промышленность, юриспруденцию, медицину». Также «перепись выявила подлежащее конфискации еврейское имущество – дома, магазины, заводы»[2].

В 1937 году деятельность большого поклонника и личного друга Гитлера, генерального директора компании IBM Томаса Дж. Уотсона (старшего) была отмечена высшей наградой Рейха, предназначавшейся для награждения иностранных граждан – Орденом Заслуг германского орла, учрежденного 1 мая того же года[3].

Блэк пишет: «Еще до того, как солдаты армии Гитлера пересекли границы Германии, его “статистические солдаты” уже заняли форпосты в странах Европы... Оружие тоже было разным: у одних автоматы, у других – всего лишь перфокарты Холлерита. Но цель у тех и других была одна»[4].

Документ, подготовленный начальником Главного управления имперской безопасности Рейнхардом Гейдрихом от 21 сентября 1939 года «Еврейский вопрос на оккупированной территории», начинался следующими словами: «Я хотел бы подчеркнуть раз и навсегда, что главные меры должны храниться в секрете. Первым шагом является контроль населения через перепись и регистрацию. Далее следует эвакуация. В основе эвакуации лежат документы переписи. Эти документы являются также и карточкой, дающей разрешение остаться. Поэтому всем должны быть вручены карточки до того, как их депортируют. Любой, у кого не окажется карточки, будет казнен... перепись будет проведена 17 декабря 1939 года»[5].

Следует отметить, что, начиная с 1933 года, на IBM и ее дочерней фирме Dehomag (в 1945 году переименована в IBM Germany) лежало все информационно-статистическое обслуживание и соответствующее технологическое обеспечение нацистского режима и в первую очередь системы концентрационных лагерей. Каждый узник получал свой определенный номер, присвоенный ему вычислительными машинами: Code 8 – евреи, Code 12 – цыгане, Code 001 – Освенцим, Code 002 – Бухенвальд и т.д.

В 2001 году после нескольких судебных исков немецкое подразделение компании IBM выплатило 3 млн. долларов в фонд компенсации жертвам Холокоста, при этом «ясно дав понять, что тем самым оно ни в коем случае не принимает на себя ответственность за соучастие в преступлениях нацизма»[6]. IBM упорно отрицает все обвинения в сотрудничестве с нацистским режимом, уверяя, что не несет ответственности за использование нацистами ее машин, поскольку ее немецкое подразделение, якобы, было национализировано гитлеровским режимом еще до начала Второй мировой войны[7].

В этой связи Блэк обращает внимание на следующие принципиально важные детали сотрудничества IBM и Третьего рейха: компания IBM не продавала свои машины, а лишь сдавала их внаем; IBM была единственным источником всех перфокарт и запасных деталей; только специалисты IBM могли заниматься техническим обслуживанием оборудования компании[8].

Кроме того, Блэк указывает, что с 1933 по 1939 годы глава IBM Томас Дж. Уотсон (старший) как минимум два раза в год посещал Берлин для личной проверки деятельности Dehomag, настаивая на исключительно устном (!) инструктировании руководителей немецкого отделения компании. Последние нередко отрицательно относились к «авторитаризму» Уотсона, особенно после того, как германские власти предоставили ему право накладывать вето на любое действие немецких «ассистентов», которые постоянно подписывали свои доклады фразой «ждем ваших последующих инструкций»[9].

Тесное сотрудничество компании IBM и Третьего рейха носило вполне легальный характер, оставаясь таковым вплоть до декабря 1941 года, когда США вступили в войну против нацистской Германии. Однако даже после этого события обоюдовыгодное сотрудничество IBM с нацистским режимом не прекратилось, продолжившись вплоть до самого окончания Второй мировой войны через Женеву (Швейцария), где располагалась европейская штаб-квартира IBM[10].

Вопрос о систематическом участии американской компании IBM в нацистских расовых переписях не попал в сферу внимания Международного Военного трибунала. Блэк полагает, что такое решение было принято на самом высшем политическом уровне в августе 1945 года в Лондоне, во время подписания между СССР, Англией и США соглашения об учреждении Международного Военного трибунала. Тогда же был определен перечень вопросов, которые не должны были быть затронуты в ходе Нюрнбергского процесса. Блэк объясняет это решение близкой дружбой главы IBM Уотсона с президентом США Франклином Рузвельтом и его женой, а также «неоценимыми услугами», оказанными компанией IBM американской армии и государству[11].

В заключение Блэк отмечает, что «после поражения Германии в войне именно при помощи оборудования IBM удалось отследить многих людей и их судьбы»[12]. Не исключено, что в данном случае речь идет и о тех немецких «трофейных» специалистах, которые были обнаружены и вывезены в США в рамках масштабной программы «Paperclip» («Канцелярская скрепка»), утвержденной президентом Трумэном в 1945 году в условиях строжайшей секретности. Одна из главных целей операции «Paperclip» состояла в воспрепятствовании передаче германскими учеными и специалистами знаний и передовых разработок в руки Великобритании[13] и СССР[14]. Однако, официальный приказ все того же президента Трумэна запрещал вербовку и въезд на территорию США всех, кто «был членом нацистской партии и был более чем формальным участником ее деятельности или активно поддерживал нацистский милитаризм». Чтобы обойти этот запрет, в немалой степени продиктованный Потсдамским и Ялтинским соглашениями, Объединенное агентство по целям разведки (Joint Intelligence Objectives Agency, JIOA), занимавшееся трансфертом немецких специалистов в США, «отредактировало» профессиональные и политические биографии целого ряда немецких ученых и специалистов, изъяв из их личных дел указания на членство в нацистской партии и свидетельства их фактической причастности к действиям гитлеровского режима. В сентябре 1947 года программа «Paperclip» была официально закрыта, однако на самом деле она всего лишь была заменена другой программой, но теперь уже настолько секретной, что сам президент Трумэн не знал о ее существовании. В рамках новой программы, свернутой только в 1973 году, тысячи бывших специалистов Третьего рейха (многие из них с весьма запятнанной репутацией) получили доступ в США и приняли участие в наиболее секретных военных проектах американского ВПК[15].

В 2019 году бывший репортер газеты New York Times, американский писатель, журналист и политолог Стивен Кинцер опубликовал книгу под названием: «Главный отравитель: Сидни Готлиб и ЦРУ в поисках средства контроля над разумом»[16]. На страницах книги Кинцер утверждает, что именно «трофейные» нацисты, экспериментировавшие в концлагерях, и специалисты, проводившие опыты над людьми в оккупированной японцами Маньчжурии, стали «научным фундаментом» американской программы по контролю над сознанием[17]. Т.е., согласно Кинцеру, бывшие нацисты не просто принимали участие в американской программе по управлению сознанием, но в буквальном смысле являлись ее интеллектуальным фундаментом!

Мозговым и административным центром этих исследований стал Форт Детрик (город Фредерик, штат Мэриленд), известный отечественному зрителю по фильму Саввы Кулиша «Мертвый сезон» (1968). Его сюжет основан на реальных событиях, проливающих свет не только на некоторые детали американской программы контроля над разумом, но и на ее далеко идущие цели. Сценарий был написан режиссером Владимиром Вайнштоком на основе материалов, предоставленных Комитетом государственной безопасности СССР. О документальной основе фильма довольно подробно рассказывается в специальном предисловии для зрителей, озвученном устами советского разведчика Рудольфа Абеля.

Действие фильма обращается вокруг поисков нацистского военного преступника доктора Рихарда Хасса, работающего после окончания Второй мировой войны на американцев, и одновременно поддерживающего негласные связи с западногерманской разведкой. Доктор Хасс заканчивает в Форт Детрике разработку нового психохимического оружия массового поражения – газа Эр-Эйч, затрагивающего генетическую структуру человека.

Конечная цель такого рода цивилизационной проектности (неогностической по своему генезису и содержанию) изложена в концептуальном монологе доктора Хасса, в котором декларируется реорганизация человеческого общества по подобию пчелиного улья, или муравейника. Такое общество должно состоять из элиты, живущей в Новом Эдеме, и прислуживающих им различных «типах служебного человека» (человек-ткач, человек-пекарь, человек-шофер), созданных из представителей «неполноценных рас, прошедших специальную психохимическую обработку».

Примечательно, что уже в 1968 году подобная повестка дня была очевидна как создателям, так и консультантам фильма, позволившим себе вставить в сценарий сразу несколько библейских цитат, в т.ч. и из Откровения св. Иоанна Богослова.

Вторым по значимости эпизодом фильма, на котором хотелось бы заострить внимание, является диалог советского разведчика Ладейникова со священником, невольно оказавшимся причастным к информации об экспериментах с газом Эр-Эйч.

На просьбу Ладейникова сообщить известные священнику подробности последний апеллирует к тому, что «все это уже предначертано в святом Писании» и «разве можно остановить то, чему суждено случится?». На что советский разведчик неожиданно парирует сокращенной цитатой из Книги пророка Иезекииля: «Но, разве не сказано в Писании: Если я наведу на землю меч и народ возьмет человека, и поставит его стражем. И страж, увидев меч не затрубит в трубу и не предостережет, кровь жертв невинных пойдет на его руки».

В полном виде и в первоисточнике данный фрагмент выглядит следующим образом: «И было ко мне слово Господне: сын человеческий! изреки слово к сынам народа твоего и скажи им: если Я на какую-либо землю наведу меч, и народ той земли возьмет из среды себя человека и поставит его у себя стражем; и он, увидев меч, идущий на землю, затрубит в трубу и предостережет народ; и если кто будет слушать голос трубы, но не остережет себя – то, когда меч придет и захватит его, кровь его будет на его голове. Голос трубы он слышал, но не остерег себя, кровь его на нем будет; а кто остерегся, тот спас жизнь свою. Если же страж видел идущий меч и не затрубил в трубу, и народ не был предостережен – то, когда придет меч и отнимет у кого из них жизнь, сей схвачен будет за грех свой, но кровь его взыщу от руки стража» (Иез 33: 1-6).

Как мы видим, в представленном диалоге, подкрепленном общей фабулой фильма, Советский Союз недвусмысленным образом позиционируется в качестве государства-катехона – исторического субъекта миссия которого состоит в том, чтобы препятствовать окончательному торжеству зла в истории. После катастрофического распада СССР единственным государством, способным противодействовать организованному сползанию человечества к глобальной цифровой диктатуре, является современная Россия.

Директор Всемирного экономического форума Клаус Шваб в программной книге «COVID-19: Великое обнуление», написанной совместно с экономистом Тьерри Маллере, пишет, что если хотя бы одна из трех стран таких как Россия, США, или Китай не будут участвовать в проекте по созданию «Нового мира», для которого имеется очень узкое временное горлышко в 5-7 лет, то этот проект обречен на провал.

Именно провиденциальное указание на исторический шанс для современной России по возвращению на путь воплощения своей магистральной метафизической миссии государства-катехона раскрывается в третьей части музыкальной видеотрилогии Виталия Аверьянова (баллада «Победишь!»). Отказ от возвращения на этот путь чреват самыми серьезными «издержками» как метафизического, так и сугубо «прикладного» характера. В числе которых потеря собственной государственной субъектности представляется не самым страшных из возможных последствий.

Как поется в заключении фантасмагории «Вакцина от смерти»: «Уж содрогнется глубина Эйн-Соф от скулежа бессмертных мертвецов!»

[1] Перетолчин Д. Мировые элиты и Британский рейх во Второй мировой войне. - М: Книжый мир, 2015. - 448 с. С. 361–362.

[2] Артюшенко О.Г. Сотрудничество IBMс фашистской Германией. // URL: http://old.artyushenkooleg.ru/index.php?cID=975

[3] Kevin Maney, The Maverick and His Machine: Thomas Watson, Sr. and the Making of IBM. New York: J. Wiley & Sons, 2003.

[4] Артюшенко О.Г. Сотрудничество IBM с фашистской Германией.

[5] Там же.

[6] A Swiss court allows Gypsies' Holocaust lawsuit to proceed. Case questions role of corporate giant IBM in World War II. By Anita Ramasastry, FindLaw columnist Special to CNN.com Thursday, July 8, 2004 Posted: 1655 GMT (0055 HKT). // URL: http://edition.cnn.com/2004/LAW/07/08/ramasastry.holocaust.ibm/index.html

[7] Цыгане подают в суд на IBM. // URL: http://news.bbc.co.uk/hi/russian/news/newsid_3831000/3831621.stm

[8] Артюшенко О.Г. Сотрудничество IBM с фашистской Германией.

[9] Там же.

[10] Швейцарский суд позволил цыганам подать иск против IBM. // URL: https://lenta.ru/news/2004/06/23/ibm/

[11] Артюшенко О.Г. Сотрудничество IBM с фашистской Германией.

[12] Там же.

[13] The Secret War by Brian Johnson. London: British Broadcasting Corporation, 1978. P. 184.

[14] Records of the Office of the Secretary of Defense (Record Group 330). Joint Intelligence Objectives Agency. U.S. National Archives and Records Administration. // URL: https://www.webcitation.org/68oj2MvfH?url=http://www.archives.gov/iwg/declassified-records/rg-330-defense-secretary/

[15] Кук Н. Охота за точкой «zero». - М., 2005. С. 335–336.

[16] Stephen Kinzer. Poisoner in Chief: Sidney Gottlieb and the CIA Search for Mind Control. - New York: Henry

Holt and Co., 2019. 368 pp.

[17] Тайная история форта Детрик, базы ЦРУ для экспериментов по контролю над сознанием. // URL: https://theidealist.ru/detrick/


Источник