]


Опасная профессия: преследования журналистов в Беларуси

NewsPrice

16 апреля 2021 г. 13:33:25

Беларусь перестала быть «островком стабильности и безопасности» с лета прошлого года. Власти начали понимать, что той поддержки, которая была у президента Лукашенко раньше, больше нет. Сперва по всей стране начали выстраиваться, без преувеличения, километровые очереди в поддержку альтернативных кандидатов. Потом были выборы, итоги которых возмутили общественность, страшные события 9-11 августа, массовые протесты и длительный период «закручивания гаек», в том числе и в отношении журналистов.

Протест в 2020 году в Минске. Фото: Sergei Grits, AP/TASS

Жилет «Пресса» – мишень

Акция журналистов в поддержку коллег. Фото: Ольга Шукайло, TUT.BY

Не всегда журналист работает в уютной редакции, порой приходится отправляться в довольно «жаркие» места. И такова уж специфика профессии, что нельзя быть на чьей-то стороне. У каждого есть свои взгляды и предпочтения, но на работе это все должно уходить на второй план. Само собой, что такое правило действует и в горячих точках. Для того, чтобы показать обеим сторонам, что ты нейтрален, что ты выполняешь свою работу, передавая картинку происходящего, работники СМИ себя обозначают. В очень неспокойных местах – это каски, жилеты с надписью «PRESS». Там, где, вроде как, военные действия не ведутся, можно использовать просто жилеты.

Однако в Беларуси в какой-то момент стало безопаснее выходить на задание вообще без каких-либо опознавательных знаков. Это выяснилось еще до выборов, когда просто проходили пикеты в поддержку тех или иных кандидатов. Если на тебе злополучный синий жилет, будь уверен, что у силовиков будут, как минимум вопросы, как максимум, следующие 15 суток придется провести в местах не столь отдаленных. Причем это касалось не только журналистов, так называемых «независимых СМИ», но и официально зарегистрированных.

В Беларуси есть 2 типа СМИ: зарегистрированные в официальном порядке (имеют статус СМИ) и не зарегистрированные как СМИ – информационные ресурсы. Если углубляться в закон о СМИ, получается, что деятельность и те, и другие могут вести абсолютно одинаковую. Различие лишь в том, что если вдруг власти захотят издание «прикрыть», то со статусом СМИ нужно получить 3 предупреждения министерства информации, а 4-е будет грозить закрытием. Без статуса СМИ, закрыть могут просто так. Однако по состоянию на апрель 2021 года, по факту «неаккредитованные СМИ» не имеют право освещать несанкционированные массовые мероприятия, а их сотрудники, по словам пресс-секретаря Генпрокуратуры Анжелики Курчак, считаются «интересующимися гражданами».

10 августа стало понятно, что работать с опознавательными знаками просто опасно для жизни. Так, в Минске на ул.Кальварийской во время мирной акции протеста силовик выстрелил в журналистку издания «Наша Ніва» Наталью Лубневскую. Причем на видео видно, что это была не случайность, мужчина целенаправленно использовал оружие в отношении людей в синих жилетах «Пресса».

Преследование сообщества

Власть охотится не только на журналистов по одиночке, но и на целые профессиональные сообщества. Так с декабря 2020 года началось преследование белорусского «Пресс-клуба».

Журналистская мастерская «Пресс-клуб» – это площадка профессионального роста журналистов. Здесь регулярно проходили тренинги, хакатоны, мастер-классы, тематические дискуссии.

22 числа прямо в Национальном аэропорту Минск была задержана основательница «Пресс-клуба» Юлия Слуцкая. Кроме того, в офисе организации и домах некоторых сотрудников прошли обыски. Обвинение – «уклонение от уплаты налогов, повлекшее причинение ущерба в особо крупном размере». Результат – программный директор Алла Шарко, финансовый директор – Сергей Ольшевский, оператор Петр Слуцкий и экс-сотрудница «Белтелерадиокомании», работавшая над медиапроектом в Клубе, Ксения Луцкина находятся под стражей. Кстати, был также задержан программный директор Академии Пресс-клуба, российский медиаменеджер Сергей Якупов, однако 31 декабря стало известно, что его освободили и депортировали в Россию с запретом на въезд в Беларусь сроком на 10 лет.

Все задержанные по делу «Пресс-клуба» признаны политическими заключенными.

16 февраля обыски прошли в офисах Белорусской ассоциации журналистов, а также у ряда ее членов. В 12.15 минский офис организации был опечатан. Следственный комитет открыл его только 12 марта. Конечно же, всю технику забрали.

В Беларуси действует 2 профессиональных журналистских сообщества – провластный Союз журналистов Беларуси и независимая Белорусская ассоциация журналистов.

Наиболее громкие дела в отношении белорусских журналистов

Еще в 2020 году международная организация «Репортеры без границ» назвала Беларусь самой опасной для журналистов страной в Европе. Кстати, в докладе организации говорится о 15 рекомендациях белорусским властям по обеспечению нормальных условий для работы журналистов, а также о необходимости прекратить уголовные и административные преследования за профессиональную деятельность. Но, как показывает текущая ситуация, никакие призывы не работают.

К слову, атаку на журналистов осуждали многие организации, например, Human Rights Watch, Civil Rights Defenders, БДИПЧ ОБСЕ и другие. Но это вообще никак ни на что не повлияло.

По состоянию на апрель 2021 года в белорусских тюрьмах по уголовным статьям находятся более 10 журналистов. Сколько сейчас на сутках за административные правонарушения сказать сложно. И самое страшное, то, что «громкими делами» стали абсолютно обыденные для журналистской профессии действия.

Катерина Борисевич (Tut.by)

Журналистка проходит по так называемому делу «Ноль промилле».

Если вкратце, то в ноябре 2020 года во дворе на «Площади Перемен» (ул.Червякова в Минске) он препятствовал срезанию бело-красно-белых лент, которые в тот период массово вывешивались в стране людьми, несогласными с итогами президентских выборов. В результате завязалась потасовка, предположительно, сотрудники органов внутренних дел, до смерти избили молодого человека. Однако позже было заявлено, что парень находился в состоянии алкогольного опьянения. При этом у Борисевич была информация от врача Артема Сорокина о том, что в крови Бондаренко было 0 промилле.

Собственно, распространение этих данных, противоречащих официальной версии, послужило поводом для возбуждения уголовного дела в отношении Борисевич. Как итог, сначала журналистке назначили полгода колонии (19 мая она должна была бы уже выйти на свободу), но Генпрокуратура подала апелляцию, посчитав наказание слишком мягким, что будет дальше, узнаем только 20 апреля, когда суд рассмотрит жалобу.

Дарья Чульцова (слева) и Екатерина Бахвалова (Фото: EPA / ТАСС)

Журналистку «Белсата» Екатерину Андрееву (Бахвалову) вместе с оператором Дарьей Чульцовой задержали 15 ноября во время стрима из одного из домов, расположенных все на той же на «площади Перемен». 20 ноября обеим предъявили обвинения в организации и подготовке действий, грубо нарушающих общественный порядок (ч. 1 ст. 342 Уголовного кодекса).

Рассмотрение дела Чульцовой и Андреевой началось 9 февраля. 18 февраля суд Фрунзенского района Минска назначил журналисткам по 2 года лишения свободы в колонии общего режима.

27 марта Андрееву в тюрьме поставили на специальный учет, как «личность, склонную к экстремизму». 6 апреля на такой же профилактический учет поставили и Чульцову.

Профилактический учет означает, что заключенный находится на особом контроле у администрации тюрьмы. В частности, на дверях размещают коричневую карточку. В самой камере определяют особое место, где необходимо находиться в тот момент, когда заходит надзиратель. Также с таким заключенным периодически проводят профилактические беседы.

Андрей Александров (медиаменеджер)

Александров находится в статусе подозреваемого в рамках уголовного дела, по статье 342 УК («Организация и подготовка действий, грубо нарушающих общественный порядок, либо активное участие в них»). В связи с уголовным делом в отношении консультанта СМИ «БелаПАН» в редакции издания 14 января прошел обыск. Он также стоит на специальном учете.

Денис Ивашин (журналист-расследователь международного сообщества InformNapalm, сотрудничает с «Новым Часам»)

Ивашин проходит по статье 365 УК («Вмешательство в деятельность сотрудника органов внутренних дел»). Журналист занимался расследованием того, как бывшие украинские беркутовцы устраиваются на работу в белорусский ОМОН. Ивашина задержали 12 марта в квартире, где он проживал.

Андрей Почобут (гродненский журналист, член Союза поляков Беларуси)

25 марта в квартире Почобута прошел трехчасовой обыск. Была изъята техника, польскоязычная литература. Журналиста обвиняют в «разжигании национальной, религиозной вражды и реабилитации нацизма.

«Проблемы с Польшей» начались у Беларуси в марте, когда из-за мероприятия «день проклятых солдат», прошедшего в Бресте 1 марта, белорусский МИД предложил консулу Генерального консульства Польша в Бресте Ежи Тимофеюку покинуть страну. Польша ответила на высылку своего консула, признав 10 марта белорусского дипломата в Варшаве персоной нон грата. 11 марта МИД Беларуси предложил покинуть страну двум польским дипломатам. В ответ Польша 12 марта заявила о высылке из страны белорусских дипломатов: генерального консула Беларуси в Белостоке и консула дипмиссии Беларуси в Варшаве. 23 марта в Гродно задержана глава Союза Поляков Анжелика Борис. Она была осуждена на 15 суток ареста. 25 марта Генеральная прокуратура сообщила, что возбудила уголовное дело в отношении Борис и иных лиц. Им вменяют ч.3 статьи 130 УК (умышленные действия, направленные на возбуждение национальной и религиозной вражды и розни, а также по реабилитации нацизма, совершенные группой лиц).

Последствия СИЗО

ЦИП на Окрестино. Фото: Наша Нiва

Сейчас белорусские журналисты ради своей профессиональной деятельности рискуют не только возможностью зарабатывать, но и здоровьем (в отдельных случаях даже жизнью). Мы поговорили с журналистом, который был на сутках. По просьбе молодого человека мы не называем его имени, а также СМИ, в котором работает.

По словам Н., в СИЗО все равно, какое СМИ ты представляешь – государственное или нет. Есть у тебя у тебя какие-то грамоты, награды за твою деятельность или нет. Даже если с пресс-секретарями силовых ведомств ты общаешься чуть ли не каждый день в дружеских тонах, никого это не волнует. На сутках ты, такой же, как все (а может даже и опаснее, чем кто-то, смотря, как будешь себя вести).

Н. «повезло», он не отбывал наказание в самые «горячие» дни, когда в стенах СИЗО происходили избиения и унижения. Однако даже так журналист получил ряд фобий и расстройств. В частности – тревога, вечное ожидание задержания, нарушение сна. При этом события никак не повлияли на его желание заниматься профессиональной деятельностью.

Пара слов о законе

Лукашенко как-то сказал, что порой бывает«не до законов». Однако, видимо, беспредел в отношении журналистов все-таки решили поставить на «законные рельсы».

Так, 9 апреля был опубликован принятый в первом чтении законопроект «Об изменении законов по вопросам средств массовой информации». И надо сказать, что нововведения наглядно демонстрируют – работать будет еще сложнее.

В частности, журналисту будет запрещается:

использовать права журналиста средства массовой информации в целях сокрытия или фальсификации информации, распространения недостоверной информации под видом достоверных сообщений, сбора информации в пользу третьего лица или организации, не являющейся средством массовой информации;

использовать право журналиста средства массовой информации на распространение информации с целью опорочить гражданина или отдельные категории граждан исключительно по признакам пола, возраста, расовой или национальной принадлежности, языка, отношения к религии, профессии, места жительства и (или) работы, а также в связи с их политическими убеждениями, дискредитировать государственные органы и иные организации.

Звучит в принципе логично, но под нарушение можно подвести очень многое.

Кроме того, согласно документу, в СМИ и интернет-ресурсах запрещается распространять:

результаты опросов общественного мнения, относящихся к общественно-политической ситуации в стране, республиканским референдумам, выборам президента, депутатов Палаты представителей, членов Совета Республики, проведенных без получения аккредитации;

гиперссылки на информационные сообщения и (или) материалы, содержащие информацию, распространение которой в средствах массовой информации, на интернет-ресурсах запрещено.

Также доступ к интернет-ресурсу, сетевому изданию может быть ограничен по решению республиканского органа государственного управления в сфере массовой информации в случае:

вынесения владельцу интернет-ресурса в течение года двух и более требований республиканским органом государственного управления в сфере массовой информации, а владельцу сетевого издания – в течение года двух и более письменных предупреждений;

распространения посредством интернет-ресурса, сетевого издания информации, распространение которой запрещено в соответствии со статьей 38 настоящего Закона и иными законодательными актами или вступившими в законную силу решениями суда;

невыполнения владельцем интернет-ресурса требования республиканского органа государственного управления в сфере массовой информации об устранении (недопущении) нарушений законодательства о средствах массовой информации либо несообщения в республиканский орган государственного управления в сфере массовой информации об их устранении и непредставления подтверждающих документов;

принятия решения Межведомственной комиссией по безопасности в информационной сфере о наличии на интернет-ресурсе, сетевом издании сообщений и (или) материалов, распространение которых способно привести к возникновению угроз национальной безопасности.

Если интернет-ресурс или сетевое издание распространяют информацию, направленную на пропаганду экстремистской деятельности или содержащую призывы к такой деятельности, другую информацию, распространение которой способно нанести вред национальным интересам Республики Беларусь, доступ к ним может быть ограничен по постановлению Генпрокурора, прокуроров областей и Минска.

В общем, о свободе слова и свободе профессии в Беларуси можно пока даже не вспоминать. Пока власти планомерно идут к уничтожению журналистики.


Источник