]


Скандальное заявление Пиндруса и нерадивые генералы: Израиль в фокусе

15 января 2021 г. 14:29:56

Портал newsru.co.il опубликовал обзор политической ситуации в Израиле за неделю, подготовленный журналистом Габи Вольфсоном.

Ультраортодоксальные СМИ редко попадают в поле зрения среднего израильтянина, а публикации там редко становятся поводом для обсуждения политиками. Однако 14 января стало особым днем в истории ультраортодоксальных СМИ вообще и еженедельника «Бе-Кеила» в частности. Это популярное издание опубликовало цитату депутата Кнессета от партии «Яадут а-Тора» Ицхака Пиндруса. Этот депутат в Кнессете относительно недавно, однако успел зарекомендовать себя серьезным и речистым политиком. «Если Саар добьется победы, мы к нему присоединимся», — заявил или якобы заявил Пиндрус. Читатели еще не успели ознакомиться с деталями заявления, как Ицхак Пиндрус уже опубликовал опровержение: «Мои слова были извращены. Я сказал лишь, что, если Саар получит 45 мандатов от правых и религиозных партий, „Яадут а-Тора“ взвесит возможность присоединения к коалиции во главе с ним. Это то, что я сказал, не больше и не меньше», — заявил разгневанный депутат. Возмущение политиков тем, как они представлены в СМИ — не ново и заурядно. И всё же данная публикация стоит особняком, так как служит более чем серьезным сигналом об опасности для премьер-министра Биньямина Нетаньяху.

На протяжении последних 15 лет ультраортодоксальные партии являются наиболее надежным союзником «Ликуда». После кризиса в отношениях с Нетаньяху, вызванным реформами, инициированными в 2003 году тогдашним министром финансов, а ныне главой правительства, между ультраортодоксами и Нетаньяху существовал негласный союз. Он не предпринимал шагов, которые могут вызвать их раздражение, они давали ему надежную политическую опору. Трижды ШАС и «Яадут а-Тора» блокировали возможность «Кахоль Лаван» сформировать правительство. Перед выборами в Кнессет 24-го созыва ситуация изменилась. Недовольство харедим некоторыми шагами премьер-министра, например, призывом, озвученным им в период второго карантина, не прислушиваться к словам раввина Каневски и не открывать школы, а главным образом понимание того, что эпоха Нетаньяху близится к своему завершению, подтолкнула партнеров премьер-министра к поиску политических альтернатив. ШАС и «Яадут а-Тора» по-прежнему заявляют, что поддерживают Нетаньяху, однако то тут, то там проскальзывают заявления, тревожащие премьер-министра. В политических кругах полагают, что речь идет не о тактике, а о серьезных изменениях на политической карте. Даже если слова Пиндруса действительно были переданы неточно, сам факт, что «Ба-Кеила» опубликовала их именно так, говорит о многом

Публикации о возможности союза харедим с «Кахоль Лаван» появлялись уже после сентябрьских выборов. Однако присутствие Яира Лапида заметно снижало вероятность бегства религиозных партий из правого лагеря. «Тиква Хадаша» может стать реальной альтернативой Нетаньяху. Гидеон Саар всегда поддерживал хорошие отношения с ультраортодоксами, а Зеэв Элькин всегда умел вести сложные коалиционные переговоры. Удержать в одной коалиции Лицмана и Гафни с одной стороны и Лапида с другой будет крайне непросто, однако, если исходить из предположения о том, что лидер «Еш Атид» на сей раз не будет кандидатом в премьер-министры даже по ротации, такая коалиция возможна. Особенно если альтернативой будут пятые выборы. По всем опросам у Нетаньяху нет коалиции даже в том случае, если Нафтали Беннет вернется в лагерь его сторонников. Харедим слишком хорошо помнят 2013 год и не захотят вновь оставаться в оппозиции, имея серьезное предложение от кандидата в премьеры, даже если его не зовут Биньямин Нетаньяху.

Глава «Ликуда» понимает всю сложность ситуации, в которой оказался. Для того, чтобы сохранить блок своих сторонников, ему необходимо находиться после выборов в непосредственной близости от границы 61 мандата. Это даст Нетаньяху карты в момент торга по вопросу о том, к кому присоединятся Дери, Лицман, Гафни и Беннет. Для сохранения блока Нетаньяху в эти дни предпринимает отчаянный и беспрецедентный шаг — приступил к попытке привлечь на свою сторону арабских избирателей. На протяжении многих лет лидеры правых партий, а тем более глава правительства не «охотились» за голосами израильских арабов, логично полагая, что они голосуют или за арабские партии, сформировавшие Объединенный арабский список, или в крайнем случае за МЕРЕЦ. Изменилась ли ситуация сейчас? Далеко не факт. Во всяком случае, разговоры, звучащие сегодня в «Ликуде» о том, что партия намерена получить до пяти мандатов арабского сектора, вряд ли имеют много общего с реальностью.

И в то же время поездка Нетаньяху в Нацерет, сделанные там заявления, в том числе извинения, принесенные за высказывания 2015 года («Арабы мчатся на избирательные участки»), имеют вполне конкретную цель. Глава правительства пытается продемонстрировать изменение тона в отношении арабского населения. По мнению многих именно резкие высказывания Нетаньяху и других представителей «Ликуда» привели к консолидации арабского сектора, созданию Объединенного арабского списка. Нетаньяху надеется путем публичных выступлений понизить уровень гнева, а как следствие уровень готовности арабских избирателей идти голосовать. Скорее всего в ближайшие недели мы узнаем имя арабского кандидата, который будет кооптирован в предвыборный список «Ликуда». Чтобы лишить конкурентов козырной карты, «Ликуд»» опубликовал заявление, согласно которому партия не будет не только формировать коалицию вместе с партией РААМ во главе с Мансуром Аббасом, но и не намерена опираться на РААМ. Представление «внешнего» кандидата, не связанного с РААМ или с любой другой партией, входившей а Объединенный арабский список, дает Нетаньяху возможность продолжать «охотиться» на голоса арабских избирателей и формально не нарушать табу на союз с арабскими партиями.

В партии «Тиква Хадаша» продолжается формирование списка. Очень характерным стало введение в список Дани Даяна, бывшего главы Совета поселений. Человек правых убеждений, с одной стороны, абсолютно светский с другой, хорошо знаком с коридорами власти и умеет вести переговоры с чиновниками. Гидеон Саар дает понять, что «Тиква Хадаша» будет правой, но светской партией. Саар ведет борьбу за голоса с «Ликудом», с «Яминой» и, в меньшей степени, за голоса избирателей НДИ.

На левоцентристском фланге партии разделились на две явные, но неравные группы: партии, которые ищут с кем объединиться, и партии, с которыми хотят объединиться.

Несмотря на проникновенное выступление Бени Ганца, никто из политических игроков не захотел с ним встретиться. Это, кстати, не означает, что глава «Кахоль Лаван» стал персоной нон-грата в левоцентристских кругах. Накануне автомобиль Моше Яалона (впрочем, его к левоцентристам отнести сложно) видели у дома Бени Ганца. Пока нет результатов переговоров, если переговоры действительно велись. Как бы то ни было глава партии «А-Исраэлим» Рон Хульдаи уже объявил, что не станет объединяться с Ганцем. «А-Исраэлим» и «Еш Атид» остаются основными партиями левоцентристского лагеря, кроме МЕРЕЦ, преодолевающими по опросам, электоральный барьер. Именно поэтому партии, которым грозит провал на выборах, хотят объединяться именно на платформе более сильных партий. Лапид и Хульдаи выжидают, понимая, что чем ближе к 4 февраля, ко дню подачи предвыборных списков, тем сложнее мелким партиям будет торговаться. «Кахоль Лаван» также преодолевает электоральный барьер, однако балансирует на самой его границе.

Предвыборная кампания по-прежнему находится на этапе формирования списков, альянсов и блоков. Ожидается, что до 4 февраля на левом фланге политической карты Израиля появятся новые блоки. Если этого не произойдет, и каждая партия будет баллотироваться в Кнессет сама по себе, можно ожидать потери сотен тысяч голосов избирателей. От этого выиграет лишь один человек — премьер-министр Биньямин Нетаньяху.

Портал mignews.com опубликовал аналитическую статью публициста Иры Коган под заголовком «Что не так с генералами?».

Последняя каденция Бени Ганца стала не только его личным фиаско, но и одним из многих, уже привычных провалов бывших главнокомандующих в большой политике. Изначально казалось, что движение, во главе которого стоят сразу три известных генерала, должна стать мощной боевой единицей. Но партия бесславно распалась, а генералы разбежались по углам, проявив в лучшем случае слабохарактерность, а в худшем, то есть в случае Ганца, откровенное двуличие.

Как ни странно, эти события не повлияли на наш пиетет по отношению к высшим армейским чинам, стремящимся к власти, как не изменили и мечты многих отставных военных о политической карьере. Партии по-прежнему рады отдать такому кандидату проходное место, а избиратели — проголосовать за него. За редким исключением, такой выбор приносит одни разочарования.

Что же не так с генералами? И что не так с нами?

Пересаживание с поста главнокомандующего в кресло политика — израильская традиция. Достаточно сказать, что только из девяти последних «раматкалей» (сокращенное название Начальника Генерального штаба Армии обороны Израиля на иврите. Ред.) семеро пошли в политику. Однако за всю историю страны мало кто оставил по себе хорошую память, а многие фигуры до сих пор вызывают споры.

В отличие от большинства политических деятелей, недавний главнокомандующий может начать свой карьерный путь не с рядовых постов, а с самого верха — из Генштаба попасть прямо в резиденцию премьер-министра. В другой стране такое было бы немыслимо. У нас же генерал в отставке может не только возглавить партию (как созданную им самим, так и давно существующую), но и вывести ее в лидеры. Это объясняется, во-первых, огромной ролью, которую играют в нашей жизни армия и военные, а во-вторых, доверием, которое испытывают израильтяне к армейскому командованию. Принято считать, что бывший командир всегда прям, честен, смел, что он патриот и будет стоять на страже безопасности государства. Что происходит с этими людьми, когда они снимают военную форму? Почему «ястребы» превращаются в «голубей», а бесстрашные правдолюбы — в лицемерных карьеристов? Это по-прежнему загадка без ответа.

Часто такие метаморфозы объясняют отсутствием политического опыта. Но даже люди с богатой политической биографией, вроде Рабина и Шарона, резко менялись, встав во главе правительства. К сожалению, эти истории никого ничему не научили, как, очевидно, не научит и судьба трех генералов из уходящей в небытие «Кахоль Лаван».

Ганц, разваливший свою партию, изменивший всем предвыборным обещаниям, вступивший в союз со своим соперником и целый год потакавший ему ради ротации, похоже, отыграл свою роль. Его бывший партнер Габи Ашкенази ушел в тень, вроде бы разочаровавшись в политике, но не исключено, что просто ждет выгодного предложения, чтобы вернуться. Самый опытный из них, Моше Яалон, вечный перебежчик справа налево и обратно, выходит из-под крыла Лапида и создает собственное движение. Рядом с собой он хочет видеть Гади Айзенкота, еще одного генерала, которому журналисты предсказывают большое будущее в политике.

Что бы ни происходило, генералы остаются желанными гостями в предвыборных списках. Правые видят в них символ гарантии неделимости страны, как будто не было ни Рабина с «Осло», ни Шарона с его размежеванием, ни Барака, едва не отдавшего Арафату половину Иерусалима. Центристы рассчитывают, что фигура бывшего главкома поможет увести часть голосов у правых. Даже МЕРЕЦ не прочь обзавестись своим генералом, чтобы показать, что левые тоже заботятся о безопасности. А кроме того, хотя об этом предпочитают не рассказывать избирателям, у бывшего армейского начальника всегда есть обширные связи, влияние, группы поддержки, одним словом — солидный предвыборный капитал. Так что высший офицер в предвыборном списке — это не свадебный генерал, как принято говорить, а скорее невеста с приданым.

Приоритет, который оказывается в политике военным, настолько явный, что в 2005 году даже был принят закон о двухлетнем карантине для отставных генералов — перерыв, раньше которого они не могут занимать выборные должности. Таким образом гражданские политические деятели защищают себя от неравной конкуренции. Сами генералы считают такой срок несправедливым, ведь он мешает им «приносить пользу стране», как называют у нас политическую карьеру.

Многие высшие офицеры искренне считают, что они и только они способны спасти страну от всех ее бед, и так же искренне не понимают, что командование армией и ведение войны сильно отличается от политической деятельности с ее искушениями, интригами и испытаниями на прочность. Отчасти в этом виновато само израильское общество со своим пиететом по отношению к военным. Мы выдаем им кредит доверия, которое они чаще всего не могут оправдать; вручаем им власть, которой они не умеют распоряжаться. Если мы перестанем преподносить генералам наши голоса на блюдечке, они сами поймут, что им нужно трезво оценивать свои возможности и не считать политику необременительным, престижным и прибыльным занятием для военного пенсионера.


Источник